– Пора на обед. Не стоит лишний раз привлекать к себе внимание, – Северус решительно поднялся, считая разговор оконченным. Они, по сути, собирались здесь лишь затем, чтобы выслушать рассказ Гермионы. Это Том придумал, как сделать так, чтобы ей не довелось пересказывать все пережитые ужасы еще раз – уж для Гарри точно пришлось бы.
***
Во время обеда в Большом зале Гарри казалось, что все пялятся на них с Роном, что, собственно, было недалеко от действительности. Слухи по школе разлетелись со скоростью пожара. Те из студентов, кто видел, в каком состоянии вернулась Гермиона, поделились собственными впечатлениями со своими друзьями, а те – со своими… и так далее. И теперь всех одолевало любопытство – что же произошло на самом деле? Гарри заметил, как Рон весьма резко осадил кое-кого из своих сокурсников, видимо, попытавшихся лезть с вопросами. Слава Мерлину, слизеринцы старались не проявлять заинтересованность столь открыто, как учащиеся других факультетов, однако и они украдкой бросали пытливые взгляды в сторону Поттера и Уизли.
Когда Снейп подошел к обеденному столу, Дамблдор предложил ему занять место рядом с собой. Подобное случалось не очень часто – обычно преподаватели садились на одни и те же места, словно закрепленные за ними. Но слева от директорского кресла всегда оставался свободный стул, на который Дамблдор и приглашал время от времени кого-нибудь из педагогов, с кем планировал что-нибудь обсудить за трапезой.
– Я так понимаю, мистер Малфой еще не вернулся в школу? – происшествие в Хогсмиде абсолютно не повлияло на аппетит Дамблдора – его тарелка была основательно загружена мясом и тушеными овощами.
– Нет. Люциус ведь сказал, что забирает сына до вечера. Думаю, он сам приведет его в Хогвартс – не станет рисковать после того, что случилось с мисс Грейнджер, – Северус отрезал от ростбифа аккуратные кусочки и клал их в рот после каждой фразы, тем самым делая значительные паузы, отчего его речь казалась несколько ленивой.
– Я хочу, чтобы ты немного попозже отправился к Малфоям. Ты же вхож в их дом? – вопрос был явно риторическим – Дамблдор прекрасно знал, что Люциус поддерживал связь с деканом своего сына. – Прежде всего, ты сможешь сам привести Драко в школу, дав возможность его отцу больше времени уделить подопечной. Но главное – постарайся выяснить подробности, что произошло с мисс Грейнджер. Как можно детальнее. Мы обязаны иметь представление, с чем она столкнулась, и выработать правильную линию поведения. А еще лучше, если ты ее сразу заберешь в Хогвартс. У пятого курса важные экзамены в этом году, мисс Грейнджер не должна пропускать занятия. Думаю, целитель Малфоев уже осмотрел ее, – Дамблдор не скрыл своего недовольства тем, что Люциус выказал недоверие школьному колдомедику.
– Хорошо, – Северус не стал напоминать Дамблдору о том, что Гермиона наверняка получила психологическую травму, а следовательно, ни о каких занятиях для нее в ближайшее время не может идти и речи. Что же до экзаменов, Снейп был уверен, что Гермиона уже сейчас готова к их сдаче, поэтому вполне может побыть в Малфой-мэноре, пока не вернет себе самообладание.
***
Крам прибыл в Британию ближе к вечеру. Гермиона даже не представляла ранее, насколько сильно будет рада его приходу. Несмотря на то, что их союз был в большей степени договорным и основанным лишь на неоспоримой симпатии и на благоприятном результате расчета совместимости магии, Гермиона сразу почувствовала себя увереннее, когда Виктор, не обращая внимания на свидетелей, заключил ее в объятия и зашептал успокаивающие слова.
Извинившись перед Малфоями, Крам уединился с Гермионой, чтобы расспросить о случившемся и обсудить дальнейшие действия сначала исключительно вдвоем, все же рассчитывая позже выслушать советы и от остальных. На предложение Виктора забрать ее в Болгарию Гермиона, ни секунды не задумываясь, ответила отказом.
– Во-первых, маму нельзя волновать – пусть спокойно носит малыша. Надеюсь, ты не успел ей ничего рассказать? – Виктор только покачал головой в ответ на вопрос невесты. – Вот и хорошо. Не нужно ей знать об этом. Во-вторых, ты же понимаешь, что родители больше не отпустят меня в Хогвартс. Они запрут меня, а ключ выбросят в море, но не позволят, чтобы я вернулась в школу, – Гермиона печально улыбнулась. Благодаря волшебным настойкам семейного целителя Малфоев она довольно легко держала себя в руках и не скатывалась ни в депрессию, ни в истерику после пережитого буквально несколько часов назад. – А в третьих… Можешь называть меня безрассудной, но я не допущу, чтобы меня считали трусихой, сбежавшей от опасности.
