Войдя в главный зал Гринготтса, Альбус немного растерялся – к кому же ему стоит обратиться? Письма были подписаны главой банка, но не к нему же идти ругаться из-за необоснованных угроз закрыть доступ к личному сейфу? Ясно же, что текст составлял один из поверенных, но кто именно, Дамблдор даже не догадывался. Пришлось обращаться к одному из дежурных гоблинов:
– Прошу выяснить, от кого мне пришло это возмутительное послание, – сухо потребовал Альбус и почти что швырнул пергамент под нос гоблину. Тот, смерив нервного мага бесстрастным взглядом, развернул свиток и спокойно изучил его содержание.
– Мистер Дамблдор, я так понимаю? – поинтересовался гоблин, словно не имел представления, кто перед ним стоял. Альбус, разозленный таким отношением, лишь кивнул, стараясь внешне не выдать своего состояния. – Вы планируете написать жалобу?
– Жалобу? – переспросил Дамблдор, недоуменно поглядев на гоблина. – Я только что задал вопрос и хотел бы сначала получить на него ответ.
– Вас не затруднит повторить, о чем вы спрашивали? – откладывая письмо в сторону, очень спокойно и вежливо попросил гоблин.
– Я желаю узнать, от кого мне пришло это… – Альбус ткнул пальцем в пергамент, – послание.
– Это стандартное уведомление из нашего банка, – последовало незамедлительное разъяснение.
– Стандартное? – Дамблдору казалось, что над ним издеваются. – Вы хотите сказать, что всем своим клиентам рассылаете подобное?
– Почему же всем? Только тем, кто трижды проигнорировал нашу настойчивую просьбу посетить Гринготтс. Видимо, дело, которое с вами собираются обсудить, весьма важное и касается имущественных вопросов третьих лиц, – охотно пояснил гоблин, продолжая учтиво смотреть на медленно закипавшего Дамблдора.
– Каких третьих лиц?
– Любое разбирательство по заявлению клиента банк проводит от своего имени – у нас так заведено. Это вопрос престижа нашего заведения. Поэтому тот, в чьих интересах ведется разбирательство, по сути, является третьим лицом, – было похоже, что гоблину в удовольствие разъяснять подобные тонкости организации работы Гринготтса.
– Я вас не просил читать мне лекцию – я спрашивал: каких третьих лиц? Зачем меня сюда пригласили? – Альбус изо всех сил старался не вспылить.
– Мистер Дамблдор, вы заблуждаетесь. Вас трижды приглашали. А сейчас, – гоблин указал длинным, похожим на сухой сучок, пальцем на письмо, предъявленное Альбусом, – вас вызвали, предупредив о санкциях при отказе подчиниться. Гринготтс не обращается в Аврорат и сам проводит расследование всех жалоб и претензий. Поэтому у нас существуют правила работы с клиентами, с которыми вас знакомили, когда вы получали в личное пользование хранилище банка.
– Какая разница – пригласили… вызвали… – Альбус терял самообладание и начинал опасаться, что не выдержит и разразится грубой бранью, чего допускать в отношении гоблинов абсолютно не стоило. Мало того, что его оторвали от важного дела – детального обдумывания нового грандиозного плана по завоеванию власти – так еще и морочат голову! – По какому поводу я понадобился… да вы мне так до сих пор и не сказали – кому потребовалось отрывать меня от дел? Я – директор Хогвартса, и у меня слишком мало свободного времени, чтобы выслушивать то, что я и без вас знаю, – нервно притопывая ногой, заявил Альбус. – Позовите сотрудника банка, который сможет ответить на мои вопросы, если вы не компетентны в этом.
– У нас нет некомпетентных служащих, – презрительно бросил гоблин. – Поверенный рода Поттер уважаемый Глазоварс сейчас подойдет. Я ему сообщил сразу, как только вы пришли, – после этого он достал из-под конторки, за которой сидел, стопку финансовых документов и принялся за дело, нарочито более не обращая внимания на Дамблдора.
Альбусу пришлось еще минут пять подождать, пока в зал вышел знакомый ему управляющий Глазоварс и сдержанно пригласил пройти в его кабинет.
– Мистер Дамблдор, банк Гринготтс проводит разбирательство по двум заявлениям мистера Поттера, ответчиком по которым предстоит выступить вам, – Глазоварс не стал тянуть резину и, устроившись на привычном рабочем месте, тотчас же приступил к сути дела. – Вот, ознакомьтесь, – он протянул через стол пергаменты. – Это два иска от банка Гринготтс.
Альбус внимательно прочел один, затем второй и холодно поинтересовался:
– Какие у вас есть доказательства, чтобы предъявлять мне обвинение в умышленной растрате финансов рода Поттер?
– Поверьте – их достаточно. Когда придет время, мы вам их предоставим, – пообещал Глазоварс. – Однако сначала нам нужно тщательно проверить все факты, а затем уже опрашивать вас. Если вы не чувствуете за собой вины и сможете дать убедительные объяснения всем вашим тратам, произведенным деньгами Поттеров, то вам нечего опасаться. Это стандартная процедура расследования по жалобе клиента банка, – гоблин пристально вглядывался в лицо Дамблдора, чутко подмечая его реакцию на свои слова. – А по второму заявлению – о возврате вещественных ценностей рода Поттер – у вас, как я понимаю, вопросов нет.
