– Обещаю – уже в воскресенье мы с вами обсудим, что может значить укрытая от общества часть пророчества, – с улыбкой пообещал Гарри. – Однако, если честно, я даже не уверен, что оно обо мне, как утверждает Дамблдор. Ведь это именно он выбрал меня на роль героя. Вон Невилл тоже вполне подходил под условия. И, полагаю, в Британии найдется еще немало магов, которые прекрасно впишутся в слова «рожденный на исходе седьмого месяца», ведь год рождения не был указан.
– Когда узнаем полный текст – тогда и поговорим, – Драко относился к прорицаниям не так недоверчиво, как Гермиона. Он с рождения жил в мире, наполненном волшебством и тем, что магглами принято считать невозможным. Так что и всякие гадания для него были вещами более привычными.
После этого беседа вернулась к теме последнего экзамена, который осталось сдать в этом году.
***
Перед обедом в субботу Сириус, в очередной раз нарушая собственное же правило, связался с Гарри через сквозное зеркало и напомнил, что их планы остаются в силе и посещение Министерства назначено незадолго до полуночи. Казалось, что он ждал этого мероприятия с гораздо большим нетерпением, чем сам Гарри. Точное время посещения на зачарованном пропуске, выправленном Грюмом, не указывалось – поэтому его выбирали сами. Аластор предлагал пойти в ночь с пятницы на субботу – часа в два-три ночи, но Гарри отказался, сославшись на возможную усталость из-за экзамена, хотя в действительности, как бы несерьезно это не прозвучало – ему просто захотелось покомандовать.
Пускай Поттер и был крайне осторожным магом, но оказалось не так сложно отследить его присутствие в Хогвартсе днем, основательно задавшись этой целью. Дамблдор в ожидании сигнала от Кингсли, вызвавшегося дежурить в Аврорате двое суток подряд, практически не сомкнул глаз с полуночи пятницы до самого завтрака, на котором смог лицезреть Гарри за слизеринским столом. После этого Альбус на всякий случай очень удачно ухитрился поставить на обувь Поттера колдовскую метку, защищенную от нечаянного снятия – исключительно слабую, чтобы она обратила бы на себя внимание даже весьма ловкого волшебника, но достаточную, дабы, срезонировав с чарами защитного купола, дать Дамблдору знать, когда мальчишка покинет пределы школьной территории. Часов через десять-двенадцать метка развеется, но до того послужит хорошим маячком, вдруг Гарри рискнет смыться.
Логика подсказывала, что днем Поттер едва ли отважится уйти из Хогвартса, имея представление о том, что директор в состоянии засечь момент, когда студент пройдет сквозь защитные чары. Так что Альбус перед обедом позволил себе лечь поспать, набираясь сил для ответственной операции. Однако он не забыл сообщить Питеру о необходимости постоянно быть наготове, а еще пригласил ближе к ужину Люпина, предупредив, что откроет ему каминную сеть.
***
Ремус был озадачен, Дамблдор раньше предпочитал, чтобы гости пешком добирались от границы школьных чар – камин он открывал лишь для таких близких друзей, как Грюм, или по требованию из Министерства. Поэтому Люпин пришел к выводу, что вызов явно свидетельствовал о чем-то важном – видимо, это было как раз тем, на что Альбус намекал при встрече.
– Ремус, не стоит никому в школе показываться на глаза. Вряд ли до утра тебе удастся отлучиться, так что ты кушай, не стесняйся, – Дамблдор, встретивший Люпина доброй улыбкой, указал на стол, щедро заставленный яствами, – а я введу тебя в курс дела. Я получил сообщение, что Гарри могут выманить сегодня из Хогвартса и отвести в Министерство в хранилище пророчеств. Я не хочу препятствовать мальчику – он имеет право услышать, что ему сулит судьба. Может, тогда он прислушается к моим словам. Конечно, слегка напрягает, что это делается за моей спиной, но Аластор пока не скомпрометировал себя, чтобы я сильно опасался за исход этого вояжа, – Альбус долго прикидывал, когда лучше рассказать это Ремусу, и решил, что можно было и вовсе обойтись без подобной проповеди. Но раз уж Поттер и в самом деле отложил свое путешествие за истиной на вечер, то почему бы немного не поработать с Люпином и не извлечь пользу из его особенных способностей.
– Постой, Альбус, – Ремус неосознанно указал на него вилкой с наколотым на нее кусочком сочного жареного мяса. – Ты же говорил, что Грюм ведет себя подозрительно. Разве не рискованно доверять ему Поттера?
– Да-да. Все правильно. Я не желаю верить, что Аластор способен нас предать, но все же стоит подстраховаться. Как думаешь? – Альбус приступил к неявному инструктажу – он делал вид, что советуется, а сам тем временем подсказывал Люпину цель и способ ее достижения. – Вдруг что-то пойдет не так – мы сразу об этом узнаем. В Аврорате дежурит Кингсли Шеклболт – он в курсе предстоящего посещения. Если Грюм выкинет фортель, или там появятся посторонние – он тотчас пришлет мне патронус.
– Считаешь, что Грюм все же способен навредить Поттеру? Нет, – Ремус покачал головой, уставившись в тарелку. – Сириус тогда с него три шкуры спустит. Он же его супруг.
