Барти не мог прийти в себя: он только что лицезрел своего наставника – Волдеморта. Рядом. Казалось, руку протяни и можно дотронуться до него, совершенно не изменившегося за эти годы. Тот был абсолютно живым. Хотя… Так преспокойно войти в Арку Смерти живой вряд ли отважился бы. Зачем тогда он возвратился в этот мир? Чтобы напомнить о себе и заставить Барти задуматься, чье имя он присвоил? Возможно. Холодный пот потек у Крауча-младшего по спине от подобного предположения. Ему вдруг почудилось, что улыбка Волдеморта была многозначительной, намекавшей на что-то. А подмигивание, наверное, обещало, что он вернется и объяснит, в чем Барти ошибался, так же, как это бывало до того, как Поттер погубил его – великого Волдеморта. Погубил ли? «Вот сейчас с ним наставник и разберется! – мстительная мысль на пару секунд подняла настроение. – Наконец-то Волдеморт добрался до Поттера!» Однако в следующий миг подумалось, что тот сейчас вернется и разбираться будет уже с ним – с Барти. Встречаться с существом, способным приходить с того света в этот мир, не хотелось, даже если это и был бывший лидер и пример для подражания. И Барти запаниковал. Страх проник в сердце и заставил его покрыться ледяной коркой, он острой болью ввинчивался в сознание и тошнотворно выворачивал внутренности. Душа дрожала от одной мысли, что Волдеморт не поймет, не оценит, не простит.
– Уходим! – заорал Барти и выскочил на возвышение возле Арки Смерти, снимая с себя дезиллюминационные чары, чтобы его соратникам был виден портключ в его руке. Он, конечно, мог уйти сам и пожертвовать прочими, но вид невредимого Волдеморта вызвал в нем странный подъем чувства ответственности за своих людей – видимо, подсознание заставляло доказать всем, что он достоин быть Предводителем и носить имя своего погибшего наставника.
На этот раз Дамблдор, уже слегка придя в себя после встречи с Томом, не сплоховал и снова вернулся к своим показательным выступлениям, наколдовав что-то вроде рыбацкой сети, которую пытался набросить на Барти и предположительно его команду, предусмотрительно остававшуюся невидимой. Инициатива Альбуса помешала остальным атаковать Упивающихся Смертью. Во-первых, Северусу и Люпину, почему-то чуть ли не жавшемуся к его спине, пришлось срочно отскакивать, чтобы не попасть под сеть. А во-вторых, это колдовство, находясь в симбиозе с весьма сильным магическим щитом, не пропускало чужие чары. На то и был расчет Дамблдора, помогавшего компаньону уйти без помех. Когда через минуту Барти исчез, а сеть так и осталась без «улова», все подняли гвалт.
Один из авроров, забыв о субординации, высказался о том, что только распоследний болван мог вот так дать уйти преступникам, наколдовав для них защиту, чтобы им было комфортнее сбегать. Все же в Аврорат дураков не брали и просчитывать ситуации их тоже учили. Дамблдор принялся воспитывать зарвавшегося служаку, напоминая, кто есть кто и какие у кого полномочия, а заодно угрожая расследованием – почему авроры не выполняли своих обязанностей по задержанию нарушителей вместо того, чтобы прислушиваться к разборкам администрации. Аврору пришлось замолчать – потерять работу ему не хотелось. А еще Альбус во всеуслышание, чтобы снять с себя подозрения, пояснил, что сеть была не щитом, а средством для поимки противника, и если бы не дерзость Упивающихся Смертью, ухитрившихся сбежать, то они были бы все пойманы с ее помощью. Затем он дал задание притихшим аврорам прочесать весь Отдел тайн на предмет спрятавшихся под чарами невидимости – ведь никто, кроме уродливого командира боевиков, так и не объявился перед тем, как тот задействовал портключ.
Тикнесс, посчитав, что Дамблдор слишком раскомандовался, решил немного притормозить его вопросом:
– А откуда у преступников портключ в самый охраняемый отдел Министерства?
– Вы это у меня спрашиваете, заместитель министра? – расходившийся Дамблдор держался высокомерно и заносчиво.
– А у кого же мне спрашивать? Это по вашей инициативе когда-то был изготовлен очень похожий портключ, и вот неожиданность – аккурат в эту комнату, – Тикнесс походил на ищейку, взявшую след.
– Тот артефакт уничтожили! – Дамблдор только теперь вспомнил, что Тикнесс, являвшийся одним из заседателей Визенгамота, в свое время выступал против приговора Волдеморту и нарушения одного из правил Министерства – никогда не создавать портключей в его помещения. «Вот напасть! И нужно было именно ему сюда припереться!» – мысленно посетовал Альбус, стараясь сохранять уверенность. – И вы прекрасно об этом знаете!
– Буквально три минуты назад я перестал быть в этом уверен, мистер Дамблдор. Аврор Шеклболт, не забудьте опросить свидетелей, – Тикнесс нарочито посмотрел по сторонам, – присутствовавших при инциденте. Мы должны точно установить обстоятельства гибели двух людей. Я тоже дам показания согласно правилам. Предупреждаю всех – сведения о случившемся подлежат сокрытию от прессы, – он снова пристально уставился на Дамблдора. – Особенно это касается вас, мистер Верховный чародей.
– Вы не можете мне приказывать…
