– Без разницы… Вы всего лишь не разобрались бы, куда тянется связь, и поняли все, когда было бы поздно. Так, как это случилось с тобой. Ты был не готов сопротивляться, не ожидал такого поворота событий, поэтому тебя легко утащило на грань – в Пустоши, – было заметно, что Госпожа получает удовольствие от того, что имеет возможность делиться своими знаниями.
– Но Северусу ведь как-то же удалось разорвать брачные узы. И почему они выбрали меня, а не вернулись за Сириусом? – вопросы сыпались один за другим, как из рога изобилия.
– Твой Северус не разрушил брачную связь – он своей волей решил оставить Блэку жизнь. Если бы кто-то другой попробовал провернуть совершенное им, то ничего не вышло бы. Ты и сам удостоверился, что не способен оказать влияние на жгут клятв и обетов. Исключительно мистер Снейп может сделать подобное – это его дар, который он только-только начинает осваивать, учась на своих же ошибках, – чуть мстительно уточнила Госпожа. – Узы ведь не исчезли, они элементарно стали искать новую жертву – а ты магически связан с крестным и находился ближе всех остальных Блэков, смерть одного из которых могла стать платой за жизнь Сириуса в таком случае. Так что выбор был очевиден.
– И мне повезло, что я Источник и вхожу в круг ваших интересов, Госпожа, – понимающе заметил Гарри.
– Так же, как Северус и Том, – уточнила Великая Магия, поднимаясь со стула – она так и не испробовала угощений Гарри, хотя он каждый раз как щедрый хозяин приглашал ее к столу. – Учись, – она кивнула на принесенные ею фолианты. – Это будет нелегко, но ты справишься. До встречи.
– До встречи, – с печалью в голосе ответил ей Поттер, догадываясь, что придется два-три месяца опять провести в полном одиночестве. Не считать же кур и овец собеседниками, хотя порой он разговаривал не только с Нагом, но и с ними: на безрыбье и рак рыба.
***
Северус, уставившись на Арку Смерти, отстраненно прислушивался к тому, как за его спиной Блэк собачился с Люпином и Дамблдором, выясняя – было нападение на Грюма случайностью или продуманным ходом. Никакое торжество истины и наказание виновных уже не могли вернуть Гарри, и эта мысль выедала внутренности, отравляла кровь и разрушала душу. Хотелось без затей заавадить всех этих любителей игр судьбами людей – Дамблдоров и их послушных шавок Люпинов – к Мерлиновой бабке-ведьме, чтобы не орали и не мешали медленно умирать от невозможности что-либо изменить. Вдруг яркая вспышка ослепила, заставив на миг зажмуриться. Только Северус открыл глаза, как пришлось инстинктивно опять их прикрыть – феникс, вынырнувший из сияния, несся прямо на него: то ли специально, то ли просто не вписываясь в свободное пространство для маневра. В итоге он все же мягко чиркнул Северуса крылом по голове, будто погладил или приласкал, перед тем как взмыть под потолок высокого зала и исчезнуть. Возле Арки Смерти стоял Том. Он подбадривающе улыбнулся Северусу, окинул быстрым взглядом остальных волшебников, неподвижно застывших от неожиданности, дотронулся до перстня на руке и шагнул в Арку. Снейп не представлял, что теперь и думать, хотя надежда начала оживать в его сердце. Ведь Том никогда не славился опрометчивыми поступками. Следовательно, он каким-то образом узнал о случившемся и нашел способ вернуть Гарри. Лишь так можно было расшифровать его улыбку и легкое подмигивание.
Дамблдор ожидал от себя другой реакции, когда снова встретится с Томом Риддлом. Ненависть, торжество, радость, мстительность – что угодно, но никак не удивление и страх. Он не верил собственным глазам – вот только что здесь стоял тот, кого он пятнадцать долгих лет безуспешно выкуривал и провоцировал выйти в свет. И что теперь? Альбус растерялся. Он видел, как Том нахально подмигнул ему, а затем дотронулся до перстня – того самого, с Воскрешающим камнем – и преспокойно шагнул за Вуаль, словно отправился в смежную комнату. Это было непостижимо, невероятно и одновременно пугающе до дрожи. Немыслимо даже предположить, на что способен колдун, который так запросто ходит за грань. А что если это все лишь привиделось? Эта мысль разъяренной пчелой пронеслась по сознанию, и Альбус заозирался. Нет – остальные тоже что-то заметили, иначе не застыли бы с такими ошарашенными лицами. К тому же большинство присутствовавших должно было узнать Риддла.
