– Вот и хорошо, – прокомментировал его слова Гарри, проигнорировав неоднозначное дополнение. Он четыре года сам распределял дела на день, а отныне ему предстояло привыкнуть, что нужно согласовывать свои действия с планами партнеров и учитывать пожелания окружавших его людей. – В таком случае предлагаю прямо сейчас ознакомиться с предсказанием, а потом отправиться на прогулку в парк или к озеру. Я очень много времени проводил на улице, и теперь мне этого катастрофически не хватает, – уточнил он, решив объяснить свой выбор. – Там можем и обсудить вопросы, если они появятся после прослушивания, и я начну потихоньку вводить вас в курс дел, обстоятельно рассказывая о том, как жил без вас, что полезного там выяснил, и обо всем, что я узнал от Госпожи. После обеда у меня назначена встреча с целителем в Малфой-мэноре. Он как раз придет проверить Регулуса, заодно и со мной разберется. Северус, ты дал понять, что не хочешь никаких встреч и консультаций, но… – Гарри бросил извиняющийся взгляд, – я бы попросил, чтобы вы меня сопровождали. Это, надеюсь, не задержит нас надолго. А с развлечениями на вечер, полагаю, у нас проблем не возникнет, – он закончил делать наброски занятий на день.
– Ты плохо себя чувствуешь? – Северус обеспокоенно посмотрел на Поттера.
– Да нет, не сказал бы. Это, скорее, для утоления профессионального любопытства колдомедика, – отмахнулся Гарри. – Что-то вроде благодарности за его визит ко мне в Хогвартс. Ты же сам отмечал, что его заинтересовал мой случай – вот я и согласился на осмотр.
– На улице солнечно, так что можно позагорать, – предложил Том, слегка отвлекая от разговора – уж он-то наверняка знал, для чего на самом деле Гарри затеял эту встречу с целителем.
– Значит, пойдем к озеру, – подвел итог Северус, таким незамысловатым образом уточнив их дальнейшие планы.
После завтрака, накрытого домовухой в столовой, все отправились в их любимую гостиную: она была не слишком большой, уютной, и в ней имелось все, чтобы с комфортом расположиться для отдыха или беседы. Том принес сферу с пророчеством, которую, как и говорила Госпожа, ему удалось без проблем забрать с собой из Отдела тайн. Он передал зачарованный хрустальный шар Гарри.
– Может, ты хотел бы прослушать его сам? – Северус считал, что не стоит отнимать у Гарри права на тайны, хотя ему было чрезвычайно интересно узнать, что скрывал Дамблдор, решив не озвучивать для общественности пророчество полностью.
– Ни в коем случае, – торопливо заверил Гарри, боявшийся признаться, что ему немного страшновато – мало ли какие неожиданности скрыты в воспоминании, хранившемся в тех серебристых паутинках, что кружили в столь безобидном на вид шарике. – Я хочу, чтобы вы были рядом, – он проследил, как, выражая свое согласие, Том и Северус дружно кивнули и заняли места в креслах, а затем положил сферу на столик и потоком личной магии активировал ее.
Сначала туманные нити за тонкой неразбиваемой преградой, отделявшей их от внешнего мира, резко остановились, словно их заморозили. Потом хрустальная оболочка принялась видоизменяться на глазах у трех волшебников, за несколько секунд превратившись в подобие пиалы, в которой, как в миниатюрном думосборе, копии воспоминаний снова пришли в движение. Спустя пару секунд над чашей с магической субстанцией возникло полупрозрачное, точно привидение, небольшое изображение профессора Трелони – фута два высотой, не более. Прорицательница заговорила странным, каким-то неживым голосом, уже знакомым Гарри по его прошлому опыту:
«Грядет тот, у кого хватит могущества победить Темного Лорда, рожденный теми, кто трижды бросал ему вызов, рожденный на исходе седьмого месяца… и Темный Лорд отметит его как равного себе, но не будет знать всей его силы…
Опираясь на мудрость и поддержку посвященных, Избранный обретет мощь для торжества над врагом… и не упустит он свой шанс, ибо не сможет жить спокойно, пока жив Темный Лорд… тот, кто достаточно могуществен, чтобы победить… родится на исходе седьмого месяца…»
Еще несколько мгновений призрачная фигура висела в воздухе, а затем растаяла – на столе опять лежала хрустальная сфера, в которой, будто маленький водоворот, кружили, серебристо мерцая, молочно-белые пряди пророчества.
– Так вот откуда Альбус взял привычку называть тебя Избранным, – через пару минут произнес Северус.
– Дадим себе немного времени обдумать все это, – предложил Том. – Хотя бы, пока доберемся до озера, – он указал на окно, за которым плескалось солнечное утро.
– Согласен, – кивнул Гарри. Не сказать чтобы пророчество его сильно поразило, но поразмыслить имелось над чем. – Спрячешь у себя в сейфе? – он протянул шар Тому.
– Разумеется, – заверил тот. – Идем переодеваться, – он посмотрел на Северуса, все еще сосредоточенно уставившегося на стол, над которым недавно вещала копия Трелони. – Эй! Ты нас слышишь?
