– Вы незаконно проникли в Министерство, использовав свое влияние Великого чародея. Подвергли опасности студента, позволив ему уйти ночью из школы, которой руководите. Устроили магическую дуэль в Отделе тайн. Сами ушли с места преступления и без разрешения министра забрали с собой свидетелей. Не известили о готовящемся нападении. Взяли под поручительство подозреваемого в совершении убийства и отпустили его восвояси. Вы превысили свои полномочия, командуя во время инцидента в то время, когда там присутствовал министр магии. Подвергли опасности людей, пытаясь развязать магический бой с волшебником, спасшим жизнь мистеру Поттеру, – следователь на пару секунд замолчал, закончив перечисление, а затем сообщил: – Вы должны подписать это, сэр. Иначе я не смогу вас отпустить.
– Что значит, вы не сможете меня отпустить? Всему, что вы только что перечислили, есть объяснения. И я их вам дал, отвечая на бесконечное число «зачем», «как» и «почему». Вы же не хотите сказать, что задержите меня как преступника? – Альбус старался сделать вид, что его развлекает такая постановка вопроса, тогда как в душе леденящий страх боролся с жаждой размазать наглого следователя по стене.
– Не задержу, если вы подпишете это предупреждение, тем самым признавая, что ознакомлены с ним. Вам запрещено покидать пределы Британии до решения дела по существу. Вы обязаны явиться в Аврорат по первому требованию. Приглашение на заседание Визенгамота будет выслано вам по почте. В вашем присутствии нет необходимости, но вам не возбраняется его посетить, – четко объяснял ситуацию следователь. – В любом случае принятое решение будет доведено до вашего сведения.
– Я председатель Визенгамота, так что меня извещают обо всех заседаниях, – нервно подписывая бумагу и пылая гневом, бросил Дамблдор. Его раздражала манера этого служаки вести себя так, словно он не знал о заслугах Альбуса перед магическим миром – ни малейшего уважения к его статусу!
***
Вернувшись в Хогвартс, Дамблдор, подкрепив силу воли парой флаконов специального зелья, заставил себя успокоиться. Нарочито игнорируя ситуацию с инцидентом в Отделе тайн, он несколько часов уделил рассылке указаний своим пешкам, которых у него осталось не так уж и много, призывая их активно включиться в агитацию за нового кандидата в министры. Еще утром Олдертон прислал сообщение, что официально выставил свою кандидатуру на пост министра магии. Альбус проверил пару-тройку статей подкупленных журналистов, еще малознакомых читателям, внес свои правки и послал их обратно авторам для публикации в разных печатных издательствах.
Лишь ближе к вечеру, когда получилось полностью взять себя в руки и перестать трястись от гнева, Альбус начал обдумывать собственное положение. Он был решительно настроен явиться на заседание Визенгамота и отстоять свое доброе имя. Сейчас было не время высокомерно отворачиваться, выказывая свое неодобрение действиям разных выскочек – нельзя потерять имеющиеся позиции в этом мире и позволить отбросить себя на его задворки, обвинив во всяких глупостях. Альбус записывал различные варианты объяснений на те пункты ходатайства в Визенгамот, которые следователь собирался утвердить для отдельного разбирательства, зачитывал их вслух, анализировал, корректировал, выбирал самые удачные и приемлемые высказывания. Затем принялся разрабатывать планы на тот случай, если дело примет совсем уж плохой оборот. Не избежал своего тщательнейшего рассмотрения и вопрос побега – как крайнего средства для того, чтобы сохранить себе свободу.
– Абсолютно все обвинения не стоили бы и выеденного яйца, если бы не скрывшийся Люпин, – подвел он итог, отправляясь в кровать. – И куда же он мог сбежать? Где он надеется так надежно спрятаться, чтобы его не обнаружили? У магглов? Возможно. А еще… – Альбус повозился в постели, укладываясь поудобнее – казалось, что с годами его тело стало более капризным и ему было сложно угодить. – Оборотни! Среди них он точно имеет шанс затеряться. Конечно, маловероятно, что они его примут – отступник как-никак, но все же… Кто же там его обратил? Нужно вспомнить и написать Олдертону – пусть выяснит, где разыскать стаю с тем, кто сделал Ремуса волком. Почему я раньше об этом не подумал? Совершенно меня задергали с этими допросами, – Альбус был исключительно доволен собой и своими аналитическими способностями. Его мысли перескочили на скорую поимку Риддла и завертелись вокруг предстоящего могущества. Он так и уснул, мечтательно улыбаясь.
***
