– Я знаю уютный паб на окраине города – там нетребовательны к форме одежды, так что фраки и бабочки можно не надевать, – кивнул Северус, криво усмехаясь.
Как и было задумано, день прошел в удивительно приятной атмосфере. Они целовались в разных труднодоступных для обычных людей уголках первозданной природы парка Лейк-Дистрикт, обнимались на вершине самой высокой горы Англии и ели мороженое в крохотной забегаловке какого-то Мерлином забытого малюсенького городка на юге Шотландии. Нимбл был чрезвычайно рад их визиту и расстарался, приготовив к ужину кроме мяса и овощей еще и чудесные воздушные пирожные, которые просто таяли во рту.
Засыпая в собственной кровати рядом с Томом и Северусом, Гарри чувствовал себя исключительно удачливым и счастливым человеком, которому повезло встретить в жизни истинных партнеров.
========== Глава 105 ==========
Понедельник для Дамблдора стал исключительно неприятным днем. Сколько он ни убеждал себя, что все поправимо, что ситуация у него под контролем, а на любого чиновника он найдет управу – это ему не помогало. Выяснилось, что Альбус был абсолютно не готов к тому, как стремительно стали развиваться события, и он катастрофически не поспевал за ними даже для того, чтобы попытаться разобраться в обстановке, не говоря уже, чтобы каким-либо путем на нее повлиять.
Для начала утром он, перебирая бумаги на столе, вдруг обнаружил несколько писем, пришедших ему еще в тот день, когда студенты покидали Хогвартс, и каким-то невообразимым образом затерявшихся в стопке уже просмотренной корреспонденции. Самым прискорбным оказалось, что среди них было уведомление из Гринготтса, напоминавшее, что прошло две недели из трех месяцев, отведенных на то, чтобы он вернул вещи рода Поттер. Это сразу же выбило из колеи, заставляя злиться и нервничать, словно мало было сейчас у Альбуса других забот из-за побега Люпина.
Встреча со следователем продемонстрировала полный провал всех планов, которые Альбус строил по своей защите. Поттер, пользуясь какой-то там замшелого года поправкой к закону о даче показаний, через своего адвоката передал анонимное объяснение Блэка по поводу произошедшего в Отделе тайн. Категорическое заявление Сириуса, что Грюм держал в тайне свое посещение хранилища пророчеств от Дамблдора, вызвало ряд вопросов к Альбусу. После получаса дотошных расспросов его так и подмывало раскрыть личность того, кто сопровождал Поттера, но сдерживало понимание, что и это тогда используют ему самому во вред – быть обвиненным в содействии беглому узнику являлось последним, к чему стремился Дамблдор. Люпин тоже подложил огромную свинью, растрепав массу ненужных подробностей, в том числе упомянул и о недоверии Альбуса к Грюму. Это явилось косвенным подтверждением, что Аластор не мог быть источником сведений, уточнявших, когда именно он собирался повести Поттера в Министерство. Так что, сколько бы Дамблдор ни стоял на своем, не желая менять собственных показаний, следователь был уверен – он лжет, утверждая, что Грюм и был его осведомителем.
А уж вопросу нападения на Риддла так и вовсе было уделено непомерно много, по мнению Альбуса, времени. В конце концов это вывело его из себя:
– Да что вы так меня расспрашиваете, словно я совершил преступление?! Это был Волдеморт, и я защищал наш мир от его влияния! – вскричал Дамблдор после очередного «на каком основании».
– Мистер Дамблдор, – следователь излучал вселенское спокойствие, выполняя свою работу с изяществом профессионала, – даже будь это дьявол из преисподней, вы не имели права атаковать его. Вы сами участвовали в составлении правил для Министерства. К тому же хватит всех неугодных вам волшебников называть Темными Лордами и Волдемортами.
– Это был Том Риддл. Он убил чету Поттеров…
– Да будь это самый отъявленный маньяк – если бы он проявил агрессию, то разбираться с ним должны были авроры, а не вы. Ведите себя сдержанно, – следователь еще раз пробежал свой список беглым взглядом. – Допрос от двадцать четвертого июня закончен. Прочтите и заверьте подписью каждую страницу, – он подал Дамблдору несколько листов пергамента, заполненных убористым почерком самопишущего пера, а сам достал какой-то бланк и принялся что-то быстро вписывать в его графы. Через полчаса, когда Дамблдор очень внимательно изучил протокол и вернул его, предварительно подписав, как и требовалось, следователь протянул ему очередной документ: – Ознакомьтесь, мистер Дамблдор. Это перечень нарушений законности, допущенных вами во время инцидента в Отделе тайн, который будет представлен на суд Визенгамота для решения вопроса: следует ли предъявить вам обвинение и выделить материалы в отдельное производство.
– Что?! – голос сорвался на фальцет. – О чем вы говорите?
