Перемещение пунктов управления при подготовке операций в 1943 г. не планировалось. Оно определялось решением командующего (начальника штаба) в ходе наступления. Такой подход затруднял подготовку районов, куда должны они были перемещаться. В результате смена производилась по неподготовленным и неразведанным маршрутам, иногда в неблагоприятное по обстановке время.
С 1944 г штабом армии начинает отрабатываться схема перемещения пунктов управления по рубежам и направлению наступления. Основные вопросы, связанные с организацией перемещения, стали определяться в особых указаниях, отдаваемых накануне наступления. При этом требовалось, чтобы заблаговременно проводились мероприятия по оборудованию пунктов управления в новом районе и подготовке его в отношениях связи, согласовывалось перемещение высших и подчиненных штабов, обеспечивалась надежная связь пунктов управления с подчиненными и вышестоящим штабом на время перемещения.
Опыт наступательных операций танковых армий показал целесообразность при выдвижении армии и вводе в сражение совместного нахождения командующих танковых и взаимодействующих объединений, командиров авиационных корпусов, командующих артиллерией танковых и общевойсковых армий обеспечивающих ввод. Это в определенной степени гарантировало твердое и непрерывное управление бронетанковыми соединениями, авиацией и артиллерией, оперативное решение вопросов, требовавших согласованных действий. Выявилась также необходимость эшелонирования пунктов управления, приближения их к войскам, учета специфики боевых действий в различных условиях обстановки.
Мы меняли ПУ, поскольку боевые порядки первого эшелона полка ушли вперед километра на полтора. Мы шли…, направляясь на новый ПУ. Шли спокойно, зная, что находимся в тылу своих наступающих батальонов. Справа чернела деревенька под названием Пети. Наши разведчики на рассвете перед атакой побывали в ней. Доложили: даже, мол, не деревня, а так, хуторок, и никого там нет. Теперь же, когда поравнялись мы с хутором, черневшим справа в нескольких сотнях метров, в груди вздрогнуло какое-то предчувствие: «Как пульнут оттуда…»
В тот же миг из деревни хлестнул сильный огонь. Как там враги очутились, сколько их – неизвестно, но что прицельно бьют по нас – это точно. Если наблюдали за нами из засады, то, конечно, поняли, что передвигается пешим порядком и без охраны группа офицеров управления наступающего полка…
Мы попадали на том месте, где остановились…
Говоря объективно, внезапное нападение гитлеровцев на офицеров штаба и управления полка у деревни Пети было допущено по вине некоторых из нас. Не стоило, например, полагаться только на разведданные, полученные утром, надо было организовать доразведку по маршруту следования на новый ПУ. Полагалось бы и соответствующую охрану предусмотреть.
Тщательно отрабатывались вопросы управления, вернее отшлифовывались применительно к складывающейся обстановке, ибо большое внимание им уделялось всегда. Радиостанции имели в своем распоряжении командиры батальонов и выше, а ротах и взводах господствовал язык сигналов и жестов.
Описанная в стихах, прославленная в песнях сигнальная ракета – зеленая, красная, желтая, белая, – она, конечно, не только команду передает, но и психологически способствует боевому настрою людей. Проносится по упругой дуге такая сверкающая, падающая звезда… Сама поднимает подразделения в атаку! Надежно, романтично, однако и противник смотрит на наши ракеты отнюдь не равнодушными глазами. Зажглись цветные созвездия над передним краем русских – сейчас, значит, будет атака. А даже несколько минут дополнительного времени помогаю лучше подготовиться к отражению атаки.
Я не предлагаю снять с вооружения сигнальную ракету, без которой и в условиях современного боя, наверное, пока не обойтись (расстояния, скорости, маневренность!). Хочу лишь заметить, что тогда, на фронте, ракета не всегда являлась у нас основным сигналом. В мелких подразделениях пехоты почему-то не приживались и флажки, излюбленные артиллеристами, – то их не окажется при себе, то не захочется ими привлекать внимание противника.
Жесты рук, выразительные и волевые, как у дирижера, жесты – вот что помогало ротным и взводным управлять своими небольшими боевыми порядками в атаке! Поднял лейтенант руку – выпрыгивай, братцы из окопов; распростер обе руки крыльями – разомкнись, пехота, в боевую цепь; взмахом опустил руки – всем залечь, переждать огонь противника. При грохоте нашей артподготовки, огневом воздействии с вражеской стороны, при всем прочем солдат по жесту всегда поймет командира и выполнит его волю.
Среди других причин вяземской катастрофы следует назвать плохое управление войсками…