Видимо, Мерецкову это понравилось. Обычно весьма сдержанный и скупой на похвалу, он объявил благодарность многим артиллеристам, в том числе штабным офицерам.
Накануне наступления 29 июля /1942 г./ произошел у нас неприятный случай. Я доложил генерал-полковнику Коневу о готовности артиллерии, он захотел убедиться в этом лично. Поехали в 30-ю армию к командующему артиллерией полковнику Мазанову. Дело свое Мазанов знал, и я не сомневался, что проверку он выдержит. Когда приехали на его наблюдательный пункт, генерал Конев приказал мне для проверки поставить артиллеристам боевую задачу. Говорю Мазанову:
– Видите церковь? Справа от церкви высота с отдельным деревом.
– Вижу.
– Сосредоточьте по высоте огонь любых двух полков – по одному выстрелу от каждого дивизиона!
Поставив полковнику Мазанову эту задачу, я засек время. Для сосредоточения внепланового огня артиллерийской группе требовалось по норме восемь минут. Мазанов поднял трубку телефона, передал задачу в штаб, – оттуда – тоже быстро – ее передали на огневые позиции.
Проходит пять, потом десять и пятнадцать минут, а доклада о готовности открыть огонь все нет. Лишь двадцать минут спустя Мазанову доложили, что артполки готовы. Он подал команду, разрывы легли далеко от цели.
– В чем дело? – спрашивает Конев.
Мазанов несколько растерялся, потом взял себя в руки, проверил, кто и как передал его команду. Оказалось, что один из телефонистов перепутал целеуказание. Конев, сам артиллерист, понял, что готовности нет. И дело не только в телефонисте. Задержка на десять минут говорила об организационных слабостях в управлении артиллерией.
Прошу командующего фронтом поставить еще одну задачу. Он согласился. На этот раз доклад о готовности поступил с огневых позиций на наблюдательный пункт через пять минут, разрывы легли в районе цели.
Все мы вздохнули с облегчением, но командующий, уезжая, сказал:
– Времени у вас – только до завтра. Смотрите товарищи артиллеристы!
Я остался на НП у Мазанова. Еще раз тщательно проверил готовность артиллерии 30-й армии. Вскрыл ряд недостатков, и все они упирались в одно – в малый организационный опыт артиллерийских командиров и начальников. Стреляли хорошо, а вот организовать четкое управление крупными массами артиллерии, отладить все звенья удавалось еще не всегда.
15 сентября командующий фронтом с вышки пивоваренного завода в Тарту, где находился НП командира гаубичной бригады 23-й артдивизии полковника А.Ф. Горобца, осмотрел полосу наступления 108-го стрелкового корпуса.
– Как подготовлен огонь артиллерии на период артиллерийской подготовки? – спросил меня маршал Говоров.
Я доложил схему огня, в том числе и бригады Горобца.
Говоров посмотрел схему, глянул на местность и приказал вызвать одно из намеченных сосредоточений огня. По моей команде артиллеристы дали несколько залпов. Снаряды точно легли в запланированном месте. Маршал потребовал затем обрушить сосредоточенный огонь на другом запланированном участке. И второй налет был скор и точен. И, наконец, комфронта распорядился вызвать одно внеплановое сосредоточение огня. Артиллеристы успешно справились и с этим заданием. Леонид Александрович остался доволен готовностью артиллерии.
Тысяча самых разнообразных вопросов встают перед командующим армией и его штабом накануне операции… Пополнение должно вступить в бой хорошо обученным; боеприпасы, горючее, продовольствие вовремя завезено, размещено и укрыто так, чтобы не попало под вражеские бомбы; боевая техника должна быть в полной исправности; дороги и рельеф местности хорошо изучены; нужно предусмотреть, чтобы танки были хорошо укрыты, а маршруты тщательно разведаны; взаимодействие с другими родами войск отработано; колонные пути через минные поля – свои и противника – расчищены и многое, многое другое. Успешно выполнить задачу – значить все предусмотреть, ничего не упустить из виду.
На правом фланге армии… была организована небольшая частная операция. Проверяя готовность к наступлению, командующий фронтом приказал очистить от противника Пять курганов. Это дело поручили В.С. Аскалепову. Наш своенравный комдив заскучал после взятия Казачьего кургана, и разминка была ему полезна. 173-я пошла в бой хорошо. Под вечер Аскалепов донес: «Взят один курган». Иван Семенович (примечание: начальник штаба армии) с чувством удовлетворения направил об этом донесение в штаб фронта. На второй день Аскалепов доложил: «Взят второй курган». Очень хорошо!.. На третий день меня вызвал к телефону Рокоссовский и с ледяной вежливостью, слегка вибрирующим голосом спросил:
– Павел Иванович! Прошу вас сообщить мне, сколько курганов вы собираетесь еще взять на отметке сто тридцать пять ноль?
Начальник штаба глядел на меня сочувственно:
– Кажется, попали в историю!
Комдива на проводе не оказалось, Глебов стал уточнять у комиссара дивизии:
– Ты сам-то видел эти курганы?
– Нет… я там не был… там командир…