Инхофер родился около 1585 года в лютеранской венгерской семье. Точно не известно, когда именно он принял католическую веру, но из сохранившихся документов следует, что в марте 1607 года он вступил новицием в орден иезуитов. С 1616 года Инхофер преподает математику, логику, философию и теологию в Коллегии иезуитов в Мессине (Сицилия). Там же, в Мессине, в 1629 году выходит его первая книга «Epistolae B. Virginis Mariae ad Messanenses Veritas vindicata», в которой он отстаивает историческую достоверность послания Девы Марии жителям Мессины. Однако согласно декрету папы Клемента VIII (июль 1598 года), это послание следовало считать апокрифическим. В результате книга Инхофера была передана на рассмотрение в Конгрегацию Индекса запрещенных книг. Возможно, жесткая реакция на сочинение Инхофера имела также религиозно-политическую подоплеку: соперничество между двумя сицилийскими городами – Мессиной и Палермо. В первом Рим имел надежную опору в лице иезуитов, тогда как второй находился в сфере испанского влияния. Архиепископ Палермо Джованни Дориа, видимо, не хотел эскалации соперничества и потому счел публикацию Инхофера неуместной. Инхофера поддержал Муцио Вителлески, генерал ордена иезуитов, тогда как палермец Франческо Баронио выступил с резкой критикой. Страсти накалились настолько, что Инхофер вынужден был покинуть Сицилию. По совету Вителлески он направился в Рим и там убедил квалификаторов инквизиции рассмотреть и разрешить опубликовать новый вариант его книги, где речь шла лишь о возможной подлинности послания Девы Марии мессинцам, соответственно было предложено и новое название: «De Epistla B. Virginis Mariae ad Messanenses Coniectatio plurimis rationibus et verisimilitudinibus locuples»1093. Этот новый вариант книги вышел в свет в 1632 году, и Риккарди всячески помогал автору1094. По свидетельству Льва Аллация, ватиканского библиотекаря, Инхофер понравился многим кардиналам – членам Конгрегации Индекса, причем настолько, что ему предложили место исповедника в римской церкви Иль-Джезу (
Теперь вернемся к документу
Авторы допускают также, что этот документ мог находиться в бумагах кардинала Франческо Барберини, но в ходе процесса над Галилеем ни
Мы полагаем в высшей степени вероятным, что Инхофер составил