Наверное, члены добровольного общества тоже обладали каким-нибудь редким магическим даром, который позволял им избегать нежелательных встреч с защитниками порядка.
Домовой Семен тихонько дернул меня за рукав и растворился в воздухе. Видимо, не желал близко общаться с городовыми.
Так что к тому времени, когда Миша подошел к нам, мы остались у калитки втроем — я, титулярный советник Мышеватов и бледный, взволнованный адвокат Померанцев.
— Что здесь происходит? — спросил Миша, строго глядя на Померанцева.
Я открыл рот, чтобы ответить, но неожиданно меня опередил Мышеватов.
— Этот человек пытался нас обмануть, — заявил он, указывая на Померанцева. — Господин Померанцев хотел продать то, что ему не принадлежит.
— Вот как? — сердито нахмурился Миша. — Будете подавать на него жалобу?
— Разумеется, — решительно кивнул Мышеватов.
— В таком случае назовите свою фамилию и место службы, — предложил Миша, доставая блокнот.
— Это неправда, — нервно возразил Померанцев. — Этот дом принадлежит мне по всем документам, и я имею полное право его продать.
— А я говорю не о доме, — прищурился Мышеватов.
— А о чем же? — поинтересовался Миша, открывая блокнот.
— Господин Померанцев обещал продать нам дом, в котором живет домовой, — объяснил Мышеватов, — а это совсем другое дело.
Услышав эти слова, Померанцев побледнел еще больше.
— Ага, — зловеще протянул Миша. — Так у нас здесь незаконная торговля редкими магическими существами? Это дело серьезное.
Он повернулся к городовым, которые ждали распоряжений.
— Взять обоих, — коротко сказал им Миша.
Городовые с большим удовольствием скрутили Померанцева и Мышеватова. Мышеватов пытался возражать, а Померанцев подчинился сразу. Увидев полицию, адвокат понял, что ничем хорошим для него попытка продать дом не кончится.
Я одобрительно улыбнулся — кажется, мой друг всерьез принялся за дело. Пока он разбирался с Мышеватовым и Померанцевым, я решил послать зов Никите Михайловичу Зотову.
— Доброе утро, Никита Михайлович. Это Александр Воронцов. Помните, я говорил вам про магические маски в мастерской скульптора Померанцева? Мне кажется, сейчас самое подходящее время для того, чтобы их забрать. Хозяин дома сейчас здесь, и ключи у него с собой. Вы сможете прислать людей?
— Я и сам собирался заняться этим как можно скорее, — ответил Зотов. — Нехорошо, когда сильные магические артефакты остаются без присмотра.
— Только отправьте за ними вместительный фургон, — добавил я. — Кроме масок в мастерской есть еще довольно тяжелая статуя. Это последняя работа скульптора Померанцева. Кроме меня эту скульптуру никто не видел. Я уверен, что великая княгиня Мария Алексеевна будет счастлива получить ее в подарок.
— Вы и с великой княгиней успели познакомиться, Александр Васильевич? — изумленно спросил меня Зотов.
— Да, она угостила меня чаем, — с улыбкой ответил я.
Пересказывать Зотову свою беседу с великой княгиней я не стал. Есть вещи, которые не нужно знать даже начальнику Имперской Тайной службы.
— А нынешние владельцы скульптуры не станут возражать? — спросил Никита Михайлович.
Я взглянул на Померанцева, который с несчастным видом объяснял что-то Мише.
— Не думаю, — сказал я Никите Михайловичу, — мне кажется, нынешний владелец будет счастлив избавиться от этой скульптуры.
— Что ж, хорошо, — ответил Никита Михайлович, — тогда я пришлю своих людей. Да и сам приеду, пожалуй. Любопытно взглянуть на эту мастерскую.
Миша тем временем обстоятельно разбирался с титулярным советником Мышеватовым и адвокатом Померанцевым.
— Значит, вы не собирались покупать домового? — спросил он Мышеватова, угрожающе помахивая блокнотом.
— Разумеется, нет, — повысив голос, ответил титулярный советник. — Мы защитники редких магических существ, а не рабовладельцы.
— Тогда зачем вам понадобился домовой? — поинтересовался Миша.
— Мы всего лишь хотели защитить его и изучить, — объяснил Мышеватов. — Но домовой наотрез отказался иметь с нами дело. Между прочим, это возмутительно, господин полицейский следователь.
— Домовой является разумным магическим существом, — невозмутимо ответил Миша, — и сам может о себе позаботиться.
— В любом случае, теперь этот дом нам не интересен, — фыркнул Мышеватов.
— Так и запишем, — кивнул Миша. — Теперь я понимаю, что налицо не преступление, а обычное недоразумение.
— Как это не преступление? — изумился Мышеватов. — Насколько я понимаю, этот человек собирался продать дом не только нам.
Он злорадно указал на Померанцева, которого крепко держали городовые.
— С господином Померанцевым мы будем разбираться отдельно, — сказал Миша. — А вас, господин Мышеватов, я прошу не покидать столицу. Ваши показания могут нам понадобиться.
— Разумеется, господин следователь, — готовно закивал Мышеватов. — Я счастлив помочь полиции.
— Пока можете быть свободны, — разрешил Миша. — Но вашим добровольным обществом полиция еще займется.
Получив разрешение, Мышеватов поспешно удалился в сторону продуктовой лавки. Даже забыл попрощаться со мной и с домовым. Впрочем, не могу сказать, что нас это сильно расстроило.
