Ураган полностью

Она говорит Шахрияру, что знает о Мухаммаде Юнусе, который основал банк для оказания финансовых услуг бедным слоям населения, и о Фазле Хасане Абеде, создавшем международную некоммерческую общественную организацию BRAC, которая оказывает помощь миллионам людей по всей стране.

В ответ Шахрияр говорит, что знаком с Юнусом – он жил в одном районе с ним в Северной Дакке.

– Да ты гонишь! – восклицает она и тут же краснеет.

Шахрияр смеется в ответ:

– Бангладеш страна большая и вместе с тем маленькая. Вроде города Рединга. Правда, народу побольше. Представь, что половина Америки решила переехать в Айову.

Они гуляют по парку, погруженные в беседу друг с другом. Время летит совершенно незаметно. Опускается вечер. В свете уличных фонарей локоны Вэл напоминают языки пламени. На Ай-стрит они натыкаются на перуанский ресторанчик и продолжают разговор за севиче[27], ломо сальтадо[28] и пивом.

Родители Вэл расстались, когда ей было девять, а ее брату – десять. Ее отец работал автомехаником и после развода перебрался к любовнице в Шиппенсберг. У матери были мужчины, но она ни с кем подолгу не встречалась и так и не вышла снова замуж. На протяжении восьми лет два раза в месяц на выходные она, осознавая свой родительский долг, возила Вэл с братом в Шиппенсберг. Вэл запомнились жаркие солнечные деньки, задний двор отцовского дома и кислющие напитки из лаймового сока, которые делала сожительница отца по имени Джини.

– А почему ты выбрала такую специальность? – спрашивает Шахрияр, чтобы сменить тему разговора.

– Хотелось смыться куда-нибудь, – отвечает девушка, уставившись на пустую пивную бутылку, которую крутит в руках. – Именно поэтому я поступила именно сюда, а не в Пенсильванский или Питтсбургский университет. А почему ты решил заняться природными катаклизмами? – в свою очередь спрашивает Вэл, вспомнив о теме его диссертации.

– Если ты спросишь, как у нас в стране относятся к воде, то я тебе так скажу – это любовь и ненависть одновременно. Бангладеш плоская, как блин, – в лучшем случае несколько метров над уровнем моря, и при этом у нас широченные длинные реки, которые берут свое начало в Гималаях. Их воды несут аллювиальные грунты, и благодаря этому у нас такая плодородная почва, что кормит сто миллионов человек. Однако эти же реки, являющиеся для нас благословением, разливаются каждое лето, когда начинают идти муссонные дожди, и в результате страдают миллионы человек. Однако куда больше жизней уносят шторма и ураганы, урон от которых просто немыслим. В результате урагана в ноябре 1970 года погибло полмиллиона человек – всё потому, что о его приближении никто не предупредил.

Она ахает, прикрывая ладонью рот:

– О господи… Какой кошмар…

Шахрияр кивает:

– Индийские корабли получили предупреждение о том, что тропический ураган «Нора» превращается в тайфун и движется к побережью Восточного Пакистана – так в те времена называлась Бангладеш. Но отношения между Индией и Пакистаном были такими плохими, что о тайфуне то ли не предупредили, то ли на предупреждение никто не обратил внимания. В Восточном Пакистане тогда хозяевами были выходцы из Западного Пакистана, и потому, даже после того как тайфун прошел и сотни тысяч трупов людей и животных гнили на солнце, никто шибко не торопился нам помогать. Более того, власти отклонили предложение о помощи со стороны Индии. Многие ученые считают эти события одной из главных предпосылок войны за независимость, которая вспыхнула через пять месяцев.

Он не уточняет, что его интерес вызван и детскими воспоминаниями: берег моря, небо, затянутое черными тучами, валящий с ног ветер и кто-то тащит его за руку по направлению к огромному дому, чтобы укрыться там от шторма. Всякий раз, когда он рассказывал об этом родителям, они мягко принимались его уверять, что это не более чем плод его воображения. Со временем Шахрияр и сам себя в этом убедил.

Когда приносят счет, Вэл без всякого промедления тянется за кошельком. Шахрияр останавливает ее:

– Позволь я сам заплачу.

– Ни за что! Да ладно тебе. У меня есть деньги, и я рада заплатить сама.

– Может, тогда заплатишь в следующий раз?

– То есть будет и следующий раз?

Он улыбается в ответ.

Подходит официантка – девушка в черно-белом костюме. Ее волосы пепельного цвета стянуты в хвост. Шахрияр с Вэл благодарят ее за обслуживание и еду. Она наклоняется, чтобы забрать деньги.

– Мне бы хотелось сказать, что вы потрясающе смотритесь вместе. У вас будут удивительно красивые дети.

Они оба неловко смеются и направляются к двери.

– Надо было оставить ей больше чаевых, – вздыхает Шахрияр.

На следующей неделе они отправляются в кино – там показывают «Четыре свадьбы и одни похороны». После сеанса они идут гулять по парку и целуются на мосту над каналом.