И у меня во гневе и слезах начинают расти руки, и я сам становлюсь большим и сильным. И я начинаю избивать эти зубы блистающие, крушить во злобе. Они падают, а за ними растут во сто крат многочисленные. А я бьюсь и бьюсь, сжимая скулы. А их еще больше. И слышу надменный смех, улыбающийся, как будто пошутил надо мной, а я в безнадежности смотрю на него. А он на меня. И мерзко скалится. И вдруг его лицо замирает, становится деревянным как маска. И, теряя крепления, маска падает. Но смех его продолжается. А на месте маски пустота. Пустота Безбрежного. И смех все нарастает, внедряется в меня, как сверло. И становится страшным. И все перед глазами смешалось, превратилось в суету. Все действия, образы – все смешалось в одну темную массу, которая стала стеной передо мной. И эта стена начала ритмично шататься. А Безбрежный с пустотой в лице все смеется. И я начинаю замечать, что я смеюсь вместе с ним. И все сильнее. Все задорнее. И слезы из глаз. Почему – не знаю. А потом опять я вижу все то же. Одно дуновение ветра – и картинка пошатнулась. Ветер задышал. И все, что я видел, как пыль упало. А смех от этого все звонче.
Из темноты пытаясь найти выход, я попадаю на то место, где стоит дуб. Иду в полусумрак по тропинке, вдоль которой стройные высокие деревья. И шаг мой быстрый начинает зависать, как в воду попал. Движения увязли. За деревьями луг, и там две фигуры: лев с пышной гривой и львица. В их глазах я вижу океаны. Лев посмотрел мне в глаза и молча остановил меня. А львица сказала мне, так же не открывая рта:
– Остуди тревогу, опасности нет…
-Как же мне так взять и закрыть глаза на земные страдания на торжествующую силу над разумом, на несправедливость и смерть? Я стал осматриваться: а все ведь в лицах. Из воды в пруду глаза глядят. А в полумраке вдали не коряги виднеются, а позы разных существ. А кроны деревьев не кроны вовсе, а лица и морды. И такое спокойствие ото льва было, несмотря на множество присутствующих и глаз глядящих.
Но я еще не отошел от увиденного до этого. И я все еще не мог вместить эту двойственность Безбрежного. Он создает, он же убивает. Он милостив и одновременно беспощаден.
– Мы часто спим и во сне бредим. Если приснилось тебе страшное, ты проснешься.
Он сказал мне, не открывая рта. Середина пространства куда я смотрел как бы выпячилась пузырем и как будто захватив меня подтянула и лев с львицей и луг оказались позади. Я хотел повернуться и договорить, а оно снова выяснилось. И фигуры в приближении как будто боясь быть застукаными превращались в то чем они казались изначально, в коряги ,камни и кривые ветви деревьев. Только глаза из предусмотрели и отслеживали мои передвижения.
– Почему так много тишины в ответ на мои вопросы. А если и есть ответы то они такие скромные. Как будто оставляющие меня одного, удаляющие меня. Как будто я инородный предмет в своих поисках. А пространство снова мной походило. И стоят яблони с большими красными яблоками и проходя мимо них услышал шорох. В кроне зашевелилось лицо и посмотрев на меня сказало
– а знаешь что самое вкусное яблоко всегда одно на дереве. Если бы такое дерево тут было ты бы не прошел мимо. Я ускорил шаг чтоб уйти подальше, а там в другой кроне такое же лицо.
–Самый яркий луч это не солнце днем а вспышка малой искры во тьме. Если ты хочешь побыть в шкуре человека то найди под ветками самое зеленое яблоко с гнилыми пятнами и вымаж его в грязи и съешь. Сказало лицо.И я так и сделал. И когда я укусил яблоко, я почувствовал земной вкус, тяжесть упала на плечи. Каждый шаг теперь давался как испытание. Впереди шли люди и все шорохи стихли а кроны на яблонях стали обычными деревьями. Ко мне шли несколько человек с корзинами полными яблок. Маленький старик с длинными усами, который то и дело озирался на меня и казалось хотел быстрее пройти мимо, толстяк неуклюжийи. Они прошли мимо а за ними шел еще один. Странно одетый, в прилизанной клетчатой одежде и с круглыми стекляшками на глазах. Он приветливо со мной поздоровался чуть наклонив голову. Я пошел дальше а он окликнул меня.
–Вы путешественник? Спросил он.
– ддда. Ответил я. Первый раз издав этот звук с такой же тяжестью как и шаги. Язык как будто прилип к низу.
–я смотрю вы еле ноги передвигаете, наверное издалёка идете. Сказал этот со стекляшками.
Вот это даа. Подумал я. Смогу ли я управлять таким телом?.
Тот со стекляшками стоял и ждал от меня какой нибудь фразы а я стоял и разбирался с новым собой.
–ну ладно , до новых встреч. Сказал он и взялся рукой за свою странную шапку на голове.
