Они шли в конец рынка сквозь торговые ряды палаток и столов, ломящихся от всевозможных овощей и фруктов. Торговые ряды фруктов менялись товарами "ширпотреба". Чуть поодаль стояли рыбные и мясные ряды. Здесь все продавалось и покупалось. Тут и там шла бойкая торговля, где основными покупателями и продавцами были женщины. Как принято на любом восточном рынке, первые сбивали намеренно высокую цену продавцов, пока не приходили к взаимному согласию. Рынок жил обычной жизнью.
Миновав рынок, карлик-бикху нырнул в одно из стоявших такси. Бред поместился рядом на заднем сиденье.
– В Ангкорват, – произнес Бред, разглядывая в зеркале под широкополой шляпой таксиста глаза.
Впереди готовился заслон. Военные готовились проверить все машины, подъезжавшие к переправе с северо-западной части Пномпеня. Еще при въезде в город комиссар Ли заметил большое скопление военизированных сил. Сегодняшнее правительство, если верить средствам массовой информации, полностью контролировало положение. Если в восьмидесятых годах прошлого века полпотовцы пытались вернуть страну в страшное прошлое с помощью силы и террора, то в девяностых они вели себя несколько иначе. Придерживаясь тактики «бархатных перчаток», они покупали у крестьян рис за доллары, а золото – по завышенной цене, раздавали медикаменты и оружие. Расчет был простым: заручиться на предстоящих выборах поддержкой населения бедных и затерянных деревень. Таким образом красные кхмеры скупали голоса, но под их «бархатными перчатками» были все те же окровавленные руки. После падения своего режима Пол Пот жил в провинции Трат на юго-востоке Таиланда и, именуя себя «научным сотрудником высшего института национальной обороны», как и прежде, продолжал оставаться руководителем красных кхмеров. Множество раз для успокоения общественности диктатор «умирал», но по-настоящему умер Пол Пот только в 1998 году в поселении Анлон Вен от малярии. И на этот раз его смерть не была военной хитростью.
Последние бои с красными кхмерами были четыре года назад под Баттамбангом…
Когда машина подъезжала к готовящемуся заслону, карлик-бикху приблизился к Бреду и еле слышно произнес:
– Есть другая, но более длинная дорога через Баттамбанг. Намек был понят и Бред, склонившись к типу за рулем, сказал:
– Я заплачу в два раза дороже, чем обычно, если ты довезешь нас до Ангкора через Баттамбанг, – Бред сунул тому аванс. – Здесь половина, остальное на месте.
Таксист понимал, что настоящий буддийский монах не станет себя осквернять прикосновением к деньгам, но это не его дело, тем более что у него возник план. Не сказав ни слова, таксист задвинул черную шляпу на глаза и, дав газу, проскочил между двумя готовыми вот-вот встать поперек дороги военными джипами.
Дорога № 5 до Баттамбанга шла вдоль западной стороны озера Тонлесап. Это озеро, с площадью три тысячи квадратных метров являлось крупнейшим рыболовным центром, который благодаря особенностям водного режима и географического положения давал в год не менее ста тысяч тонн рыбы. В дождливый сезон озеро разливалось, увеличивалось в размерах втрое, а глубина его с двух метров возрастала до четырнадцати. По этой важной причине почти все автострады страны расположены на насыпных дамбах, и разливы в сезон дождей им не страшны.
Чтобы достичь Ангкора, нужно проехать мимо Баттамбанга и обогнуть озеро в приграничном с Таиландом городе Сисопхон. В Сисопхоне государственная дорога № 5 встречалась с дорогой № 6 и уходила через города Ангкор, Сиамреап и Кампонгтхом обратно к переправе.
Переправа у города Пномпень в былые времена представляла собой паром: некогда здесь существовал семисотметровый мост, теперь – это рваная рана, оставленная Пол Потом. Мост был взорван. Два года назад в сорока километрах от Пномпеня в провинции Компонг Чам через реку Меконг был открыт новый мост. Полуторакилометровый мост был оплачен японской стороной и теперь соединял восточный и западный районы страны. Но для наших героев этот мост мог оказаться ловушкой – поэтому ими было решено пользоваться только автотрассой.
Спустя какое-то время машина спускалась с горы Удонг. Отсюда открывался великолепный вид на камбоджийские равнины. Весь пейзаж, нарисованный художником по имени ПРИРОДА, напоминал огромную чашу, на дне которой блестело разливавшееся на равнины озеро Тонлесап.
В противоположной стороне, на высоте, виднелись не обрабатываемые человеком земли – редколесье: саванна с жесткой высокой травой, такой же острой, как осока. Уже вдали над саванной поднимались горы с густыми непроходимыми джунглями. А вдоль дороги № 5 тянулись сахарные пальмы, между которыми с лиан свисали ярко-красные цветы китайской розы. И с цветка на цветок перепархивали громадные, похожие на палитру художника бабочки.
Взирая на всю эту божественную красоту, Бред и карлик-бикху незаметно засыпали.
