Вот и мне, наверное, помешали бы. Ведь и жители поселений всячески превозносит и даже обожествляет меня, не только за сокрушительную мощь неуязвимого моего скафандра и возросшие мои сверхспособности, но и за то ещё, что я – Дева! Рыжеволосая Дева-освободительница! А Деве не должны быть присущи низменные плотские радости и утехи, выше всех их должна поставить себя почитаемая во всех резервациях (пардон, поселениях!) рыжеволосая Дева!
Тем более, о моих отношениях с Охотником никто ничего конкретно не знает. Возможно, лишь некоторые из бывших его коллег по нелегальному бизнесу подозревать что-либо такое пытаются, тот же Корней, к примеру, не зря же он так нагло и даже с вожделением на меня всякий раз поглядывает. Но и «коллеги» эти лишь в сокровенных мечтания своих нечто подобное себе представляют, и, скорее всего, даже сами вряд ли всерьёз верят в такое, тем более, языками о сем трепать опасаются…
И правильно, что помалкивают, потому как за один лишь пошлый намёк окружающие в мелкие клочки сомневающегося разорвать могут!
Ибо Дева, она потому и Дева, что невинна и не подвержена низменным этим желаниям и инстинктам!
– Значит, они снова вернулись? – повторила я вопрос, так как Квентин пока ничего мне не ответил.
– Вернулись, – сказал Квентин, потом, помолчал немного и добавил: – Правда, не все из тех, что приходили ранее. А Алана среди них, скорее всего, и вовсе нет…
Ну, нет, так нет! Оно даже спокойнее как-то. Без надрыва…
– А теперь более подробно, господин сенатор! – Я выпрямилась в кресле, внимательно взглянула на Квентина. – Где они сейчас и какова основная цель их возвращения? И с какой целью, кстати, они прошлый раз сюда наведывались? И откуда они, вообще, взялись, из каких таких неведомых краёв? Не из леса же нашего вынырнули внезапно?
– Сколько вопросов сразу! – неожиданно улыбнулся Квентин. – И как мне на них прикажете отвечать? В каком порядке?
– В любом! – сказала я. – А я буду внимательно слушать!
– Но я ведь знаю обо всём этом ненамного больше вашего, Виктория.
Проговорив это, Квентин вздохнул и повторно мне улыбнулся.
– Не поняла! – медленно проговорила я, ибо и в самом деле ничего не поняла.
– Дело в том, – пояснил Квентин, – что на этот раз они шли именно к вам… шли, но так и не дошли…
– Шли и не дошли?
Я внимательно и с каким-то даже подозрением взглянула на сенатора.
– То есть, вы их перехватили?
– Если бы я… – Квентин развёл руками. – В общем, дело было так…
По словам Квентина, чужаки (а их было восемь человек) четыре дня назад появились в Чёрной прорве (бывшее название резервации, сейчас это поселение № 7). Вели чужаки себя скромно и незаметно, на все вопросы отвечали расплывчато, и всё же вскорости в них заподозрили именно чужаков, тем более, что имелись у пришедших какие-то странные предметы, совершенно ни на что не похожие. А единственное, о чём они расспрашивали местных жителей: как, минуя по возможности посёлки, тем более, Столицу, поскорее добраться до поселения № 3 (моего, то есть).
Переночевав и окончательно выяснив самый подходящий маршрут, чужаки позавчера утром покинули Чёрную прорву, причём, так же тихо и незаметно, как и появились там ранее.
«А мне даже не соизволили об этом доложить! – с досадой подумала я. – Нет, надо менять начальника секретной службы, и менять срочно! Только вот на кого? Не на Корнея же? Или всё-таки на Корнея?»
Задумавшись над этим вопросом, я едва не пропустила последующие слова Квентина.
– Крысы? На их напали крысы?
– Именно! – кивнул головой сенатор. – Внезапно и, притом, в огромном даже количестве!
– А потом? – с нетерпением поинтересовалась я. – Что потом произошло?
– Потом? – Квентин замолчал на мгновение и бросил быстрый и какой-то испытующий взгляд в мою сторону. – Потом был бой!
По словам Квентина, бой был жестоким и кровопролитным. Пришельцы, обладая каким-то оружием из арсенала древних, смогли уничтожить изрядное количество нападавших, но потом у них, возможно, закончились…
Тут Квентин замолчал и вновь посмотрел на меня.
– Ну, то закончилось, что внутри оружия древних находится…
– Боеприпасы, – подсказала я, потом помолчала немного и добавила с упрёком: – Ведь это слово вам хорошо знакома, господин сенатор! Как и многие другие слова из лексикона давних наших предков.
– Наших? – с какой-то даже горечью проговорил Квентин. – Или всё же ваших?
– Наших общих предков! – уточнила я с нажимом на слово «общих», и Квентин, что удивительно, тут же согласно кивнул. – Итак, что было дальше? После того, как у них закончились боеприпасы…
– Я ведь сказал: «возможно, закончились», – возразил Квентин. – Но, так или иначе, крысы дорвались до рукопашной, а учитывая их огромное численное превосходство…
Не договорив, сенатор замолчал.
– Понятно! – сказала я. – Тогда вопрос такой! Если там были только крысы и чужаки, а крысы, как я поняла, либо прикончили чужаков, либо живыми их с собой утащили, откуда тогда вы обо всём этом так хорошо осведомлены? Крысы, что ли, любезно постарались информировать?
