Поцелуй прервался, когда я его укусила. Теперь кровь была у обоих. И это тоже было. Чего же не было? Счастья. Счастья так и не видели. Попробовать? Я пытливо искала ответ в его глазах. А он смотрел на меня как впервые в жизни. Изучая, узнавая. Или я опять ошибаюсь. Я люблю ошибаться. Весь мой опыт — это ошибка за ошибкой. С друзьями, с отношениями. Даже с карьерой. Хватит ли меня на еще один шанс судьбы?
— И что теперь? — спросила я слегка безразличным тоном. Вопрос сорвался с губ еще до того, как я вынырнула из себя. Сильвий сразу же напрягся. Укусы его не смущают, холодный тон — превращает в демона бездны. Или он и есть этот демон бездны?
— Ничего. Но еще кое-что ты должна узнать, детка. — Детка? Я? У меня глаза с блюдца стали. Такие же большие и круглые. И уже ни «не могу без тебя», ни «ты моя сила». Вернись обратно. Там у тебя лучше получалось. — Мы женаты. И это основная причина, почему я решил вернуться.
Я все же выскользнула из его объятий. И теперь он меня не держал. Обратно, на половинку наперстка, мне достаточно. Вернись. Туда, там ты был со мной. Я заметалась по комнате. В комнате так холодно. Кинулась к окну. Закрыла. Но теплее не стало. Еще бы, на улице вечерний зной лета. А дома — дома склеп. Так и оставшись у окна, не поворачивая головы, решила уточнить.
— Я не беременна. И не была.
— Одна душа на двоих, Рика, когда любят оба. Я уверен, не дергайся. Я… если ты хочешь развод, то это невозможно. Но держать не буду. — Еще один. Можно вместе, можно не вместе. И все такие смирные, смиренные! Пальцы шевелились будто разминая грай[87]. Зря я отпустила его шею. Зря.
— Странная любовь. — Не удержалась. — И чего оно сто́ит? Без тебя не могу, с тобой… не очень хочется. Так, да? Любовь? По-моему, ты ошибся. Мы никак не можем быть женаты.
— Рика, — и опять голос мягкий, крадущийся, как кот к мышам, как лис в курятнике. В бездну мышей! Я не мышь! — Мы с Айри были в Великом Храме. Нашу клятву не приняли. Дева-сестра окрасила мои руки в красный. Я женат. И так уж получилось, что вариант только один[88]. На тебе, Рика, я женат на тебе.
— А я думала у тебя такая привычка, — в любой экстремальной ситуации жениться. Кстати, а почему Айри?
Имя девушки я произнесла с такой тошнотворной сладостью, что Марсен хохотнул, прежде, чем ответить мне.
— Как я сказал, когда я появился, на Туманных островах, я в тот же день встретил и ее, и ее отца. Наши родители когда-то дружили. Но в семью меня приняли по другой причине. Они тоже адепты, Рика.
Вот. Она еще и предательница короны. Теперь со спокойной совестью можно отправить соперницу на эшафот. Нехороший я человек? Как посмотреть. Все в рамках закона. А совесть… совесть пускай успокоиться тем, что все началось с этих адептов. А сколько на их руках крови, сколько на их совести смертей и сломанных исчезнувшей магией жизней? В бездну мою совесть. Я снова за справедливость.
— И вы начались дружить семьями, — продолжила его мысль я, ухмыляясь своим кровожадным мыслям. — Потом оказалось, что ты их мессия, а, значит, мечта любой адептки. Так?
— Нет, — он рассмеялся. Мне в затылок. Подкрался, как лис к глупой курице. Или лучше быть мышью? Не хочется, ни тем, ни другим. — Она влюблена в меня с детства, все хвостом бегала, но мне было пятнадцать, и девочки десяти лет от роду меня интересовали мало. И нет, теперь не заинтересовали. Не совсем. Она мне понравилась. Мне было с ней хорошо. Спокойно. Она забавная. Немного занудная, особенно, когда дело касается работы. Она..…
— Она чудесна. По-моему, это не мне нужен развод. А тебе.
— Рика!
Ну, знаете ли. Как будто это я только что о симпатиях к другому человеку говорила.
— Иди ты, Сильвий, знаешь куда..…
— К тебе? — Кое-кто опять повеселел. Что с его настроением? От таких качелей у меня начинается морская болезнь.
— К Айрине.
— Не пойду. Зачем? Ты меня любишь. Я тебя. Мы женаты.
— А, как на счет, что кое-кто темн..… какой ты там адепт?
— Древних, Воплощенный их силой. Не ерничай. Это серьезно. Ты в опасности. Но я понял, увы, не сразу, что в опасности ты и так, и этак. А разлюбить тебя не могу. Даже забыть силой богов не вышло. Кстати, передавай привет Петра-Нову младшему. Если бы не он, так бы и не решился.
— Это какая-то шутка, которую я должна понять, когда передам привет?
— Да. — И снова обнимает. Что с ним такое? То надо, то я пошел. — Мне так нравится, когда ты ревнуешь. Сразу все беды кажутся незначительными. А Петра-Нов позавчера явился и едва меня не убил. Пришлось бежать.
— И пока бежал, сразу же понял, что ты любишь меня?
