Я готова провалиться сквозь землю. У меня перехватывает дыхание, слова застревают где-то в горле.
– Она за первой партой, – подсказывает ему кто-то.
Уильям наклоняет голову, и мы встречаемся взглядами. Уверенной походкой он направляется ко мне, а в руках у него… пакетик со льдом.
– Приложи. – Он протягивает мне ладонь.
Ощущение, что время вокруг остановилось и во всем мире остались только мы вдвоем.
– Приложи, – повторяет он, будто приказывая.
Дрожащей рукой я забираю маленький пакет, прикладываю к губе и кривлюсь от боли. Он смотрит на меня и молча достает из рюкзака железную бутылку с водой и блистер с таблетками.
– Обезболивающее, – поясняет он и, стиснув губы, идет к выходу.
– Уильям! – визжит Башер. – При всем уважении я попрошу вас больше никогда…
Она не успевает договорить – Маунтбеттен покидает аудиторию, громко хлопнув дверью. Недовольный взгляд профессора перемещается на меня.
– Ламботт, такое поведение непростительно! Еще одна подобная выходка, и я буду вынуждена жаловаться, – отчитывает она меня.
– Простите, – лепечу я.
Башер отмахивается от меня, как от назойливой мухи. Она не спрашивает, что с моей губой, напротив, демонстрирует абсолютное равнодушие. Профессор задумчиво трет подбородок:
– На чем я остановилась? Ах да! – Она набирает в грудь побольше воздуха и продолжает вещать своим дребезжащим голосом: – Образованные люди способны к инновациям. Высокий уровень образования стимулирует исследования и разработки, что, в свою очередь, приводит к новым технологиям, улучшению производства и, как следствие, экономическому росту.
Ее голос вновь отскакивает от стен, но я теряю нить. Смотрю на блистер, затем перевожу взгляд на бутылку. Серебристая, точеная, а посередине выгравирована эмблема академии: змея, обвивающая розу. Чуть ниже герба красуются инициалы WM.
Уильям Маунтбеттен.
