Ближайшее торнадо внезапно обратилось в ленту пламени, закружившись вокруг меня огненным вихрем. Я выпустил волну смерти, гася огонь… Но только затем, чтобы бушующее пламя вспыхнуло вновь!
Я развернулся и выпустил мощный поток мрака, образуй разрыв в несокрушимом фронте пламени. И в следующий миг копыта моей верной химеры взвились в чудовищном прыжке, приземляясь на падающий каменный столб: но только затем, чтобы, подхватив меня, вновь попытаться вырваться из ловушки.
Прыжок!
Пламя столкнулось с покровом смерти, закрывающем меня вместе с химерой — и отступило.
Копыта тяжело ударили о выжженную землю, заставляя меня клацнуть зубами. Вперёди стоял всего один старик, перед которым, словно в замедленной съёмке, вырастала могучая стена камня: я всё же успел вогнать себя в лёгкий транс смерти… Химера взвилась на дыбы, останавливаясь перед препятствием: и я ударил, вкладывая всю доступную мощь и силу в один-единственный сокрушительный удар чёрных молний.
И стена старого мага, мощная, толстая и прочная, поднятая из земли в считаные секунды, не выдержала, разлетаясь вдребезги. Изрешеченный проклятыми осколками камня старик рухнул…
— Фаэтас. — выбросил я руку в сторону трупа, подчиняя себе душу старого мага и обращая её в безликого фантома.
Дальнейшая битва превратилась в безумную гонку. Их не было много, этих стариков: несколько десятков, быть может, сотня… Но то, что они устроили на поле боя, объединив свои силы, напоминало армагеддон. Земля дрожала и трескалась вокруг, гроза бушевала, чередуя молнии с настоящими цунами пламени, смерчи и тайфуны горели, превращаясь в пламенные вихри: и посреди всего этого хаоса, со скоростью, от которой ветер закладывал уши, мчался вперед я, выискивая и убивая своих врагов одного за другим.
Они рушили землю на моём пути и возводили рукотворные скалы, взмывали высоко в воздух и прятались в толще земли: но я раскалывал саму твердь и посылал за ними духов, что не знали равных в скорости. И древние, столетия победившие любых тварей и любые угрозы маги умирали: один за другим.
Земля тряслась, а её проломы напоминали миниатюрные вулканы, выстреливая струями магмы на сотни метров вверх. Они меняли позиции внутри скалы, забивая в норы, словно крысы, и я проклинал саму землю, раз за разом выжигая на поле своей силой страшнейшие из ритуалов, что знал.
Но как бы хороши они ни были, искусство смерти не знало равных в разрушении. Ничто из того, что они знали, не смогло остановить смерть: лишь отсрочить. Стоило отдать должное древним магам: они пытались, один за другим умирая молча, разрывая землю, вызывая к жизни новые тайфун и грозы, снова и снова обрушивая на меня заслоняющий взор фронт пламени…
Я отвернул к краю пропасти, почуяв очередную группу, сразу из трёх магов, сидящих под землёй недалеко от края уже не просто провала, а настоящей бездны: но в этот раз волшебники не стали меня дожидаться моего удара.
Камень взорвался, и тремя могучими стрелами, троица стариков, чьи лица я не успел рассмотреть, взвилась в воздухе над огненным провалом, достающим до самой мантии планеты.
Они ударили вместе, на миг зависнув в воздухе: один, серией огненных шаров, больше похожих на метеоры, второй — лезвиями ветра, что резали даже камень, и третий, последний, сотворил что-то странное, заставившее пространство дрожать.
Я укрепил покров и отпустил поводья, закрывая участок небес широким фронтом чёрных молний…
Они пытались защититься, в последний момент укутавшись какой-то энергетической защитой: но тщетно. Почерневшие тела рухнули вниз…
А затем я понял, что тоже лечу вниз вместе с химерой: атака моих врагов была направлена отнюдь не на меня, а на то, чтобы столкнуть меня вниз, уничтожая землю и камень подо мной на краю пропасти, и ноги химеры подломились, не оставляя вариантов…
Я со вздохом выпустил из себя мощный порыв смерти, распыляя себя до состояния праха, и собрал себя вновь на краю пропасти, с лёгкой тоской наблюдая за падающей в огненную бездну химерой. Без неё будет сложнее добить оставшихся… Впрочем…
Огненные тайфуны и цунами стихли. Гроза медленно рассеивалась, а толчки землетрясений затухали. Никто не спешил меня атаковать… Похоже, это были последние?
— Вот новая мантия, Милорд. — подошёл к краю пропасти Улос, давая мне одежду. — Я также захватил сапоги и портянки, думаю, будет нелишним, учитывая количество осколков. Полагаю, мы победили?
— Похоже, что так. — задумчиво осмотрел я то, что осталось от плато. Врагов не было до самого горизонта. Я и сам не заметил, сколько прошло времени: солнце клонилось к закату. — Что с потерями?
— Лагерь и люди не пострадали. — бросил взгляд в сторону нашей стоянки лич. — Наш легион мёртвых, к сожалению, почти уничтожен последним этапом битвы. Однако я отвёл большую часть культистов и командиров, когда понял, что становиться слишком опасно.
— Досадно, но восполнимо. — скрипнул зубами я. — По крайней мере, они…
