Они истошно, судорожно кричали и вопили в ночной тишине, пока я пускал им кровь, смешивая её с чёрным прахом. Ссались и срались в ужасе. Но дети были полны жизни: и это сделало ритуалы сильнее, и потому я не колебался, лишь скрыл это от остальных. Впрочем… Думаю, некоторые догадывались.
Стоя перед стеной, я задумчиво прикидывал, каковы шансы пробить защиту, возведённую вокруг этого города, если таковая имеется. Возможно, здесь будет проще? Я принёс сотни жертв, я вновь полон сил, однако могущества, подобного тому, что было у меня на плато, вероятно, не достиг.
Однако я стал опытнее. Умнее. Усилил себя более качественно. Шансы есть, надо будет только разобраться в природе защиты получше. Может, пойти самом напролом, продавить собственным телом, всё же, я живое существо, даже сейчас…
Я поднял руки и ударил потоком чёрных молний по городской стене.
И взрыв разорвал целый участок в клочья, заставляя проклятый камень дождём осколков ударить по все стороны. В этот раз в удар было вложено столько силы, что даже я не смог заключить в свой лучший удар её всю: и вместе с потоком чёрных молний провал заволокло чёрным туманом, медленно сереющим и рассеивающимся вокруг. Свет дня словно ослаб, погружая окружающее пространство в серые сумерки…
Защиты не было.
Мертвецы было двинулись вперёд, но я поднял руку, останавливая их. И зашагал к пролому в одиночку
Со стен не стреляли. Меня не встретила стена щитов. Вскоре после того, как я переступил через разрушенные обломки стены, входя внутрь, в городе зазвонил колокол…
Зазвонил, возвещая о сдаче.
Члены культа зашли в город недоверчиво, осторожно. Под прикрытием вооружённых рыцарей смерти, за стеной мертвецов со щитами. Да, мои ученики хорошо усвоили уроки жестокой войны, видя в остальных угрозу.
Навстречу нам вышел человек средних лет, одетый роскошный зелёный камзол, с изящным мечом на поясе. Аристократ, но без доспехов: разумно, если так подумать. В культуре лордов Тиала одетый доспехи означали готовность к бою. Это не всегда было угрозой, всё зависело от обстоятельств, но я вполне понимал, почему он оделся именно так.
— Герцог Тонмир Хельсин. — представился мне аристократ, смотря на меня с тщательно скрываемым напряжением. — Я сдаю вам город и надеюсь на вашу милость. Каковы будут условия сдачи?
— Знаете, это удивительно. — изобразив на лице изумление, потёр подбородок я. — Я, конечно, отправлял гонца, но всё же… Я предлагал сдаться лидерам альянса до битвы на плато, предлагал сдать Кордигард… Но они не сдались. Собственно, я и не ожидал сдачи хоть от кого-то. Удивительная разумность. Что сподвигло вас на этот шаг?
Герцог скрипнул зубами.
— После того, что вы сделали со сдавшейся Таллистрией, разве удивительно, что мало кто готов сдаться вашей армии? — вскинул подбородок аристократ.
Он явно не имел в виду насилие.
— То, что произошло с Таллистрийской провинцией соединённого королевства — несчастный случай. — отчеканил я. — И это прискорбное событие, вообще-то, причина, почему я здесь.
— Что вы имеете в виду? — нахмурился герцог.
— Проклятье расползается, уничтожает ближайшие к границе земли. — флегматично ответил я. — И жизнь людей питает, его делая сильнее. Я и мои люди здесь для того, чтобы остановить это.
— Остановить? — воскликнул, не выдержав, Тонмир. — Вы вырезали целый город! Всех до единого! — герцогу, наконец отказало хвалёное дворянское самообладание.
— Да, всё верно. — кивнул я, печально подтвердив известное. — Но лишь потому, что они не поверили нашим предупреждениям об угрозе. В ином случае их смертью была бы ужасающая агония, что сделал проклятье Таллистрии только сильнее. Мы подарили им быструю смерть. И тем самым замедлили распространение.
Некоторое время герцог смотрел на меня взглядом загнанного зверя. А потом шумно выдохнул.
— Что вы хотите? Какие условия сдачи? — дёрнул щекой он, меняя тему.
— Половина. — пожал плечами я.
— Половина чего? — уточнил аристократ. — Половина моей казны? Моих солдат? Все вместе?
— Половина жителей города. — холодно ответил я. — Нам нужны их жизни. Мы принесём их в жертву, постепенно. Силу используем для того, чтобы защитить город и окрестные земли от проклятья, а трупами пополним свою армию. А затем двинемся дальше.
Герцог был не один, разумеется. За его спиной стояло несколько десятков опытных воинов в неплохих латах и даже несколько волшебников из города. В ответ на мои слова воины положили руки на мечи, а жизнь мастеров напряглась как струна: маги подготовились к удару.
Но силы были неравны. Все они, несомненно, знали, на что я способен. И потому перед герцогом стоял очень интересный выбор. Умереть, сражаясь и зная, что после этого я, возможно, пущу под нож весь город, или собственными руками отдать мне половину жителей на заклание… Но сохранить остальных.
Герцог посмотрел мне в глаза с обречённой ненавистью, вероятно, пытаясь понять, есть ли хоть какой-то способ смягчить жертву. Отделаться меньшей кровью. Но я твёрдо дал ему понять, что другого пути нет.
И он сломался.
— Как? — глухо ответил аристократ. — Как мы будем выбирать, кто должен умереть?
