Некоторые говорили, что это следствие слабости изначального дара: и во многом ради избежания подобных вещей монастыри церкви обычно не брали на обучение слабосилков, чей дар был недостаточно разрушителен, чтобы навредить себе или окружающим по незнанию. Другие, наоборот, считали, что слабый волшебник имеет шансы восстановиться быстро, а могущественный и одарённый мастер в случае подобной перегрузки навсегда утрачивает силы.
Единого ответа и стройной теории не было ни у кого: даже мастера, сами испытавшие на себе подобное, не могли объяснить, что с ними происходит.
Значит, ему придётся проверить всё на собственном опыте. Этериас прикрыл глаза и уселся в позу медитации на кровати, пытаясь выполнить простейший и примитивный приём, которому его учили в детстве: почувствовать в себе свою магическую силу.
Но внутри была лишь пустота. Как будто он никогда не был волшебником. Это было похоже на фантомное чувство утраченной конечности: по молодости волшебнику случалось терять пару пальцев. Словно ты пытаешься напрячь мышцу, которой больше нет…
Волшебник всерьёз задумался. Нельзя пошевелить тем, чего нет. Случаи восстановления дара были: но сколько времени должно пройти, чтобы это случилось? Что влияет на это? Ответа не было. Впрочем, у главы церкви есть свои преимущества…
Этериас Инвиктус был достаточно ответственным человеком, чтобы не манкировать обязанностями на своём посту. Верховный иерарх церкви имеет множество обязанностей — и одной из таких является наличие обширной эрудиции. За долгие века церковь накопила множество знаний в различных областях как магии, так и ремёсел. Всё это, разумеется, тщательно записывалось, копировалось и хранилось в архивах: на тот случай, если по какой-то причине живые носители важных знаний погибнут. Нельзя объять необъятное, но о многих ключевых вещах иерарх знал или слышал…
Прикрыв глаза, волшебник принялся медленно разгонять собственную жизнь по телу. Подобные техники использовали многие воины: для мастеров обычно в этом не было особой нужды, ибо собственную жизнь всегда можно было подпитать чистой магией или силой стихий…
По слегка атрофированным за время сна мышцам прошла жаркая волна, и Этериас потянулся, сделав несколько разминочных движений. Что же, собственной жизнью, по крайней мере, он всё ещё может управлять…
Прогнав по кругу собственную энергию жизни, волшебник заключил, что, в общем и целом, за исключение небольших последствий долгого отдыха, он в целом здоров. С физической точки зрения так точно. Но на магию всё ещё неспособен: даже на что-то уровня деревенских фокусов. Вероятно, проблема лежит глубже. Хотя…
Маг сосредоточился, концентрируя часть жизненной силы на ладони. А затем резко попытался преобразовать её, создавая светлячок.
Руку пронзил резкий приступ слабости: но тщетно. Выплеснутая энергия отказалась преобразовываться и просто выплеснулась в окружающие пространство.
Этериас устало выдохнул и всерьёз задумался. Даже учитывая возможные потери при преобразовании силы, которые, учитывая его немалый опыт в этом деле, должны быть не слишком велики, силы бы с лихвой хватило на неплохой светлячок. Но преобразование просто не состоялось. Выходит, преобразование нейтраля из одной формы в другую всё же является частью утраченных им способностей. Он способен оперировать жизнью, в силу наличия её в собственном теле: но прочие способности утрачен.
Как целитель, сам глава церкви знаю, что человеческий организм сам по себе не был способен аккумулировать в себе силу жизни сверх базового запаса. Этому могли способствовать внесённые изменения, расширяющие естественные запасы: подобными практиками грешили многие мастера жизни. Дополнительные источники, например, с клятв жизни: как поступали все лорды королевств… Но не сам по себе.
Мастера жизни умели собирать жизнь извне, проводя медитации в лесах, рощах, или даже посреди стада конго: везде, где есть жизнь, присутствует небольшой естественный фон подходящего нейтраля. Но воины, даже лучшие из лучших, так не могли.
Из чего можно было сделать вывод, что возможно набирать силы из окружающей среды он тоже утратил. Хотя чисто теоретически, можно было попросить кого-то из подчинённых передать ему часть силы: но сможет ли он ею управлять? Маловероятно…
Быть лишённым магического дара — крайне неприятное чувство. Сродни отсутствию рук и ног: словно ты лишился конечности, которой всегда воздействовал на мир. Многие опустили бы руки в этот миг… Но было кое-что, что не давало Этериасу покоя.
Он всё ещё мог видеть. Мог чувствовать магию, как подобает опытнейшим волшебникам. Мог, даже будучи раненым и слепым. Он не видел битвы: но вспышки силы света, молний и смерти врезались в его память, и она была ещё свежа.
