Мой полководец просто кивнул, показывая, что принял информацию к сведению.
— Мне понадобится пара дней, прежде чем я подготовлю всё к полноценному штурму. Полагаю, вы возглавите атаку?
Логичное предположение. Я бессмертен, и одновременно являлся сильнейшим боевым магом соединённого королевства: после смерти Грицелиуса так в особенности. Но желания идти куда-то не было. Совсем. Внутри была лишь пустота…
Поэтому вместо ответа на этот вопрос я обратился к Улосу:
— Как быстро ты сможешь возвести башню, с которой я мог осмотреть весь город?
Старый слуга глубоко задумался — таких задач я перед ним ранее не ставил.
— Неделя... Или две. — с лёгкой неуверенностью протянул лич. — Мертвецы выносливы, но инженеры и строители из них аховые. Что-то сложнее распорок для туннеля уже непросто сделать. Но мы можем привлечь осадных инженеров из регулярной армии, вырубить ближайший лес…
Я взмахнул рукой, прерывая его. Обзорная точка бы определённо пригодилась, но с крылатой нежитью дела так и не задались, увы… Нет, я честно пытался и даже создал несколько химер за последний месяц: но проблема была в том, что они не летали. Махали крыльями, некоторые, лучшие, могли планировать - но не летать.
То ли я был несведущ в аэродинамике, то ли расчёты и ритуалы, известные мне, были предназначены для несколько иного мира: с ходу понять не удавалось. Виверн мертвецам достать не удалось: они и там были довольно редки, а от армии мёртвых живность вообще разбегалась.
Улос ещё что-то говорил, подсчитывая затраты, но я его не слушал. Холодный, чистый, бесстрастный разум принялся сам просчитывать задачу, словно машина. Я прикрыл глаза, погружаясь в свою силу и ощупывая мир…
Времени с той битвы прошло немного, но она была именно здесь. Здесь, где меня вбивали в пыль посланницы драконов. Здесь, где я поднимал в бой свои легионы, обращая кости и души в страшнейшие оружия некромантов, в истовых, могучих попытках сбить с небес непобедимое оружие.
Наверное, кто-то ощутил бы это как тяжёлый, удушающий и леденящий душу флёр силы смерти: но я словно чувствовал приятный, лёгкий туман чистой силы, что впиталась в эту землю. Впиталась, чтобы остаться здесь на столетия…
Кого-то другого, возможно, это заставило бы задуматься о последствиях своих действий: но я думал об ином. Магия может всё - в это сходились всё авторы множество трудов по мистическим искусствам, что я читал в королевствах.
Вспышка воспоминания вспыхнула в разуме. Ударная волна от могучей молнии разрывает на части сразу несколько сотен скелетов моей армии: но в следующий миг я взмахивал рукой, и разорванные кости, объединившись в несколько десятков многометровых костяных стрел: и они пронзили воздух, разрывая на части одну из гарпий, что не успела уклониться от такого удара…
Без преувеличения, этот бой был сложнейшим в моей жизни: даже с учётом того столкновения в городе, который я сам и проклял.
Потому что взглянув в глаза бездне, я выстоял. А здесь - отступил.
Я вскинул глаза к небесам, внезапно понимая: в этой битве я шагнул далеко за грань того, на что обычно способен. Слишком быстро привычные приёмы показывали дно. Слишком часто мне приходилось импровизировать, действуя на рефлексах, не раздумывая, атакую: настолько высокий темп задали мои враги в тот раз.
Последние месяцы я был погружен в работу, погружен в подготовку к реваншу за это поражение: но как-то упустил из вида то, что стоило бы остановиться и проанализировать своё поражение.
Стыд, ненависть, гнев на себя и собственную слабость: всё это жгло изнутри, заставляя забывать об этом. Но не теперь. Теперь я был спокоен.
Холодный анализ прошедшего боя в месте его битвы приводил меня к смешанным выводам. Я чётко и ясно осознал, что мне банально повезло.
Крылатые воительницы были боевыми магами высшего ранга. Возможно, лучшими на Тиале. Если бы они знали, на что я способен… Десятка или двух вполне хватило бы, чтобы спеленать меня.
Мне повезло трижды. Первый раз - когда они оказались не готовы к искусству смерти, новой и неведомой угрозе в этом мире. Второй раз - когда я шагнул выше головы, применяя на рефлексах и инстинктах магию, что казалась почти невозможной. И третий раз - когда, понеся тяжелые потери, они позволили мне, истощённому, отступить, не преследуя меня.
Осознание этого, наверно, должно было привести меня в ярость: ведь то было осознание своего бессилия. Внутри должна была вспыхнуть жажда власти. Жажда силы. Желание…
Однако я чувствовал лишь холодную, сосущую пустоту внутри, и пусть я был полон сил и готов вновь сокрушать города и королевства, раскалывать землю и небеса… Она не уходила.
Но было и кое-что ещё. Понимание. Я медленно опустился на колено, касаясь рукой земли, что несла в себе проклятия полные моей неистовой ярости. Следы моего гнева были повсюду: затихшие, неглубокие, но ещё свежие.
Быть может, они помогут мне вернуть то, что я утратил? Я поднялся с колена и вытянул руку, протягивая её на землёй. И потянулся разумом вглубь…
