Разумеется, Кормир хорошо понимал, что всё планы живут лишь до первого столкновения с реальностью. Но на этом этапе точно не должно быть никаких затруднений! Вперед ещё четыре кольца стен, ловушки, ударные отряды мастеров, подземные ходы, баррикады на улицах! На прошлом совете первое кольцо они решили отдать с минимальными сопротивлением: сужение фронта битвы, в силу их меньшинства, будет играть только на руку… Что могло пойти не так?
— Половина вашей гвардии отказалась отступить, милорд. — тяжело вздохнул офицер, не смотря в глаза королю. В предместьях второго кольца, за квартал отсюда, идут тяжелые бои.
Король рванулся к стене, вглядываясь в нужную часть города: стальные перчатки впились в каменный зубец, кроша камень от невероятной силы.
Он понимал, что многие не переживут эту битву: но лучших из лучших, гвардию, по плану следовало сохранить до самого конца. Они должны были отступать с боями, не ввязываясь в серьезные схватки. Набираться опыта, узнавать врага лучше: а выживший костяк, затем, отступив из города, должен был стать инструкторами для новых солдат… Война же не заканчивается здесь!
— Зачём? — прошептал в пустоту король. — Там же нет ничего ценного…
— Ничего, милорд. — грустно кивнул ему престарелый лорд, что служил его ещё отцу. — Только детский приют, церковный. Крупнейший в королевстве.
Король остолбенел, смотря на свой горящий город: время замедлило свой бег. Столпы дыма, что поднимались вперед. Легионы смерти, что двигались по улицам. Развороченные в нескольких местах стены и порушенные башни и пламя, что казалось, на миг остановило свой неумолимый рев…
Иногда, сосредотачиваясь на одной важной цели, люди забывают, что помимо неё есть что-то ещё. Он спланировал всё идеально: каждый бой, каждое отступление, каждый миг этой битвы. Сделал всё, что было в его силах, чтобы война продолжился, не окончившись здесь и сейчас: вместе с его смертью и падением столицы.
Конечно, они отдали приказ от эвакуации: люди покидали город, прятались набивались в центральные кварталы и храмы… Но что насчёт тех, кому некуда было идти?
Нежить не пощадит никого, понял он. И способа протащить ораву детей через горящий город нет. И смерть его гвардейцев: благородная, доблестная — будет бессмысленна…
Решения, принятые в такие моменты: когда всё идёт не по плану, когда мир вокруг рушиться на части, посреди отчаянной, последней битвы, лишенной надежды — именно они определяют, что ты за человек.
Кормир Ренегон сделал свой выбор.
— Лорд Иллион. — неестественно спокойным, уверенным тоном произнес король. — Собирайте всех. Мы идем на прорыв, к остальной части гвардии.
А затем решительно зашагал к выходу со стены.
— Это самоубийство, милорд. — вздохнул немолодой лорд. — Мы пробьемся, но что дальше? Нас возьмут в кольцо, и дальше все погибнут.
Король даже не сбавил шага, отдавая новые приказы капитанам.
— Аурус! Подтяните легкие осадные орудия в последней волне, выиграем время. Докс — набери мне десяток мастеров земли, живо! Их охранять как зеницу ока и довести до приюта. Ломиус - достань карты канализации и передай мастерам!
Они успели, ударив вовремя. Отчаянным, невозможным, нелогичным прорывом: которого никто не ожидал и не успел среагировать.
Армия соединенного королевства ценила своих людей, выставляя вперед обычных мертвецов: но в этот раз это сослужило ей плохую службу. Разрубая железом и сталю кости и сухую, мертвую плоть, рыцари и гвардейцы, ветераны и воины — они бросили вызов мертвым легионам в тот час, и победили, в едином порыве разорвали строй мертвых легионов, своей кровью и телами устилая путь к обреченной на смерть гвардии. Путь, который закрылся за их спиной…
Молодой мальчишка, лет семи на вид, в простой домотканой одежде, аккуратно, стараясь находиться в тени, выглянул в окно. Его сосед чуть постарше дернул его за ногу, зашипев:
— Мали, ты идиот! Кто заметит - стрела прилетит, и хорошо если не горящая! Сиди тихо!
— Да подожди! — цыкнул мальчишка, выглядывая из окна одними глазами. — Звуки боя с той стороны: где должны быть лишь страшилы! Смотри, это король!
Дети сгрудилися за спиной Мали, не удержавшись от любопытства. На их глазах высоченная фигура в резных серебристо белых доспехах, шаг за шагом прокладывала дорогу сквозь бесчисленные ряды мертвецов, сражаясь на острие гвардейского строя.
— Не может быть… — вытаращила глаза одна девочка чуть постарше. — Первые стены ведь уже пали! Что они делают здесь?
— За нами пришли, конечно. — серьезно ответил Мали, отрываясь от окна. — надо собираться, и живее! Хватайте не больше, чем сможем унести! Надо разбиться на группы и быть готовыми уходить как можно скорее!
Не все смогли оторваться от столь уникального зрелища быстро. Но утробный, громкий крик, практически рёв, пронесшийся над улицей, заставил всех детей в страхе отпрянуть от окна.
— РЕНЕГОН!
