Конечно, будь на моём месте кто-то умный или упоротый, он бы наверняка возмутился такому произволу престарелых Тсучиноко. Мол, злодеи, отгоняют от кормушки, которая способна в считанные месяцы сделать меня могучим как баобаб! Но на самом деле, мне было чхать. Время, проведенное на лестничном пролете над кухней с тараканами и безумный пикник с сраными волками были ничем иным, как непрекращающимся кошмаром, в котором мы все дружно едва не отъехали крышей!
Нет уж, лучше с чистой совестью на свободу, на полную свободу, где нет ни Магамами, ни Тсучиноко, ни Гильдии, ни еще какой-либо гадости! Чистое поле и наша горемычная троица, жизнь с нуля, прекрасная и независимая! Ну а то, что перед этим мы можем с чистой совестью прострадать фигней (за чужой счет и по высшему разряду!) две недели — так это вообще отпуск, о котором я мечтал всю жизнь! Ну, с попадания в этот Аустоламб, так уж точно!
Первые трое суток мы не вылезали из постели… просто потому, что это была постель! Не относительно мягкая и душистая подстилка в шалашиках, которые я на 19-ом уровне «таинственного странника» создавал уже довольно прочными, а самая настоящая, мягкая, нежная, чистая и накрахмаленная постель в шикарном отеле! С подушками, одеялами, простынями и прочей милой сердцу фигней, которая приятно скользит по голым ляжкам! Про ванну так вообще говорить не стоит, что Саяку, что Тами пришлось пару раз спасать, когда они засыпали в теплой воде, а затем, окунувшись с головой, в панике скользили по дну коварной чугунины всеми частями тела, активно захлебываясь.
Трое суток великолепного отдыха, полного обжорства, сна, пьянства, веселья и разврата, а потом Саяка собственной тощей и слегка голой персоной, отодвинула шторы и глубокомысленно заявила, что за окном есть огромный город. Как следует обдумать это дерзкое и свежее заявление нам помешал решительный стук в дверь, за которой обнаружилась строгая и насквозь официальная в лице мадама, представившаяся интендантом гвардии её императорского величества, а затем сходу потребовавшая сдать все полученные нами эссенции, так как добыты они были с помощью гвардейцев, а значит — подлежат приёмке и учёту на склад.
Мадама выжила только потому, что Тами была в одном полотенце и с влажными пятками, от чего и промахнулась копьями, продырявив вместо интенданта вполне невинную дверь, пока опешивший от наглости я щелкал клювом. Пришлось срочно активизировать мыслительные процессы.
— Стража!! — взвизгнула почти проткнутая насквозь старая дева, пребывая в неиллюзорном ужасе — её 30-ый уровень вряд ли бы выдержал удар «мастера копий».
— Охрана!! — чуть правильнее заорал я, фиксируя подмышкой потерявшую халат и копья, но не боевой задор гномку, — Постояльцев грабят!!
— Что?! — возмутилась эта чучундра, — Да как вы смеете обвинять меня!
— Как вы посмели прийти сюда без вознаграждения за подъём уровней у двух элитных гвардейцев императрицы!! — в ответ наехал я, вызывая из влажной рыжей еще больше возмущенных звуков и телодвижений, — Да еще что-то требовать!
— Мы вас не нанимали! Ваши ценности получены с помощью принесших присягу солдат, а значит, должны быть сданы! Вы нарушаете закон!
Охрана отеля, видя униформу грымзы, растерянно застыла, от чего я сделал неутешительный для нас вывод, что быстро это не решится. Сама интендант тем временем сыпала угрозами ареста, обещая нас засудить за нападение на неё саму, а заодно и приказами немедленно сдать всё и вся. От последних я толком не мог начать дискуссию, потому что, когда у тебя в руках нечто рыжее, влажное, изворотливое и способное убивать, ты будешь бороться именно с ним, а не слушать разную ересь. Наконец, у меня получилось совладать с взбесившейся Тами, подхватив лежащий у моих ног халат и закатав туда гномку как в мешок.
— Так, дамочка, — выдохнул взмыленный я, — Катитесь… ко всем чертям! Мы подчинённые Одая Тсучиноко! Что-то от нас требовать может только он, а ты, скорее всего, припёрлись сюда по собственной инициативе. Так вот, либо ты сейчас прекратишь визжать и уберешь отсюда свои мослы, либо я оттащу тебя во дворец, чтобы узнать, какому дебилу пришла в голову мысль меня ограбить, ясно?!
Выдра подавилась, уставившись на меня взглядом, полным дистиллированной бюрократической ненависти. Затем, резко выдохнув, она ломанулась на выход, расталкивая здоровенных бугаев-охранников, периодически оглядываясь на меня, стоящего с мешком дерущихся влажных гномов.
— Так, девочки, собираемся, — скомандовал хмурый я, выпуская рыжую забияку, — И быстро.
— А что случилось? — протянула Саяка, стоящая, тем не менее, в боевой готовности с посохом наперевес.
— Туриан и Самара — те еще лохи! — в сердцах бросил я, безуспешно мучающий магикон, — Они вернулись домой с уровнями, начали болтать, а затем их лихо лишили нами выбитых ништяков, заодно решив пощипать и нас, понятно? Нужно срочно продать хабар.
— Мы гости императорской семьи! — пнула меня в лодыжку злая и встрепанная гнома, — Как они могут?
