– И что от этого меняется? Выяснилось, что мне нужно пройти курс истории, попутно я буду работать в этом же направлении в… – она замялась, ни к чему сообщать Космидису лишние подробности. – В лаборатории, куда меня пригласили. Не подпишете вы – пойду к ректору.
– А я разве сказал, что не подпишу? – профессор поднял брови. – Подпишу. Выполните мое персональное задание, и идите себе к историкам. Вот вам номер коммуникатора, это полковник Паттерсон… забыл, откуда он. Неважно. Свяжитесь с ним, решите его проблему и возвращайтесь с вашим заявлением.
Вэл набрала номер, записанный твердым четким почерком, так не похожим на размашистые каракули профессора, и ей ответил такой же твердый мужской голос:
– Паттерсон, слушаю вас.
– Я студентка профессора Космидиса, меня зовут Валери Смит-Джонс. Профессор сказал…
– Да, я понял. Завтра утром, к девяти, вы сможете подъехать в центральный участок городской Стражи? Пропуск будет заказан. Подниметесь в мой кабинет.
Девушка распрощалась с полковником и ушла, немало озадаченная. Какие боги свели орбиты Космидиса, для которого не существует ничего, кроме органической химии, и немалой шишки из городской Стражи?
Ладно. Сегодня вечером она должна, наконец-то, встретиться за ужином с подругами, в первый раз за все время после их возвращения с Крита. У самой Вэл накопилось немало новостей, и она готова поспорить на свою лучшую шляпку, что Софи и Лидии тоже есть, чем поделиться.
Лук был изрядно пережарен и горчил; яйцо в соусе свернулось неопрятными хлопьями; фетуччини до состояния al dente должны были еще минут пять вариться. В общем, паста карбонара сегодня явно Пимпочке не удалась, и ее огорченное лицо подсказывало, что и она это понимает.
– Я принесла пирожные, – нарушила затянувшееся молчание Вэл. – Лид, ты, конечно, не будешь?
– Буду, – тряхнула головой Лидия. – День был такой, что без дополнительной поддержки сил я могу и не дожить до завтра. Идите в гостиную и доставайте чашки, а я заварю чай.
С минуту помедитировав над крохотными произведениями знаменитого кондитера, она выбрала эклер и сунула его в рот.
– Ну вот, теперь я готова слушать. Или рассказывать? Чьи новости первые?
– Давай я начну, – ответила Валери. – Итак, завтра в девять я должна быть в центральном участке городской Стражи.
Девушка насладилась изумлением, проявившимся на лицах подруг, и продолжила.
– Космидис… я же рассказывала про профессора Димитриса Космидиса?
– Упоминала еще в прошлом году, что работу по химии будешь защищать под его руководством, – откликнулась Софи.
– Да, я предполагала, что все будет так… Но сейчас я написала заявление с просьбой перевести меня на заочное отделение исторического факультета, и треклятый профессор трижды отказывался его подписать!
Лидия со стуком поставила чашку на блюдце.
– И что, ты на него заявила в городскую Стражу? Или он на тебя? И вообще, если ты планируешь учиться заочно, что ты будешь делать днем?
– Отвечаю по порядку: Космидис отправил меня консультировать какого-то полковника Стражи по поводу каких-то химических проблем. А днем я планирую вместе с Робертом Спенсером работать над расшифровкой записей островных эльфов, предположительно из Туманной долины.
Она затаила дыхание: вот слово и произнесено. Что скажут ей подруги? Помимо всего прочего, сказанное означало и то, что из этого дома она съедет, значит, или им придется больше платить за аренду, или искать новую соседку…
– Где и когда? – спросила Софи.
– После Перелома года и, скорее всего, в Лютеции.
– Ты выходишь замуж?
– Нет, конечно! – Вэл фыркнула. – Я собираюсь работать над интересной мне темой.
– Ну, тогда я не понимаю, почему бы лорду Спенсеру не перенести эту деятельность в Люнденвик? – Лидия наклонилась вперед и погладила ее по руке. – Поговори с ним. Какая ему разница, где сидеть над документами?
– И до Перелома ты вполне успеешь написать и защитить работу по химии, так что все будут в выигрыше. Ы тебя знаем, по математике ты курс за три года прошла вместо пяти, и с химией не оплошаешь. А про визит в Стражу расскажешь завтра, – резюмировала Пимпочка и перевела взгляд на Лидию. – Теперь ты. Показала Мэтру наброски?
– Нет. Он уже несколько дней не появляется в «Belle Epoque»…
Лидия прикрыла глаза, вспоминая все, что произошло за этот бесконечно длинный день.
Она пришла на работу как обычно, к десяти утра. Как и вчера, и два дня назад, здесь было тихо и как-то пусто. Нет, неправильно она выразилась: конечно, в кабинах мастера проводили примерки, клиентки коротали время ожидания в гостиной за светскими беседами, а на втором этаже, в мастерских, кипела работа. И все же девушке казалось, что ателье потускнело, не было какой-то искры, которая зажигала обычно всех, от мадам Вивьен до юного подмастерья, обрезавшего нитки. Мэтр не появлялся уже четыре дня.
Поднявшись на второй этаж, Лидия быстрым шагом прошла в главную мастерскую.
