– Отпускной сезон… – с сожалением покачал головой Фолхем. – Больше десяти тысяч бритвальдцев были на Крите в этот период. Даже если отбросить детей, инвалидов и мамаш с младенцами, все равно, так не вычислить. Если бы у нас уже был какой-то круг подозреваемых, тогда можно было бы сопоставлять…
– Господин полковник, можно мне? – поднялся сержант Симпсон, работающий в Страже всего несколько месяцев и впервые включенный в группу по расследованию серьезного преступления.
– Давай! – мотнул головой Паттерсон.
– Я… Мне… Я попробовал составить примерный профиль нашего шантажиста, – сказал Симпсон и покраснел. – У нас был дополнительный курс, и нас учили… ну… обрисовывать характер преступника по его деятельности, по почерку.
– Ну-ну, давай! Интересно! – поддержал юного коллегу Смайт.
Ему и в самом деле было интересно.
– Так вот, на мой взгляд, они работают в паре. Мужчина подбирает исполнителей, ну, вроде того же Макартура, и потом ликвидирует их. А женщина работает с жертвами. Мне кажется, что она должна быть более или менее… ну… в возрасте, примерно, как Дорле, по происхождению из Нижнего города. Но она вышла замуж за аристократа, и свои корни тщательно скрывает. Шантаж начался давно, скорее всего, Дорле был первой жертвой, и для подхода к нему не использовались посредники. Я предполагаю, что тогда, шестнадцать лет назад, что-то произошло в жизни этой женщины, отчего ей понадобились деньги. Может быть, она именно тогда овдовела… Сейчас она принадлежит к светским кругам, и это дает ей возможность отслеживать семьи, в которых могут найтись поводы для шантажа. Мужчина связан с ней не только преступлением, мне кажется, они родственники. Она ему полностью доверяет.
– Брат, может быть? – предположил Фолхем. – Она стала женой аристократа, а он остался в Нижнем городе.
– Возможно! – Симпсон стал говорить увереннее, когда понял, что старшие коллеги над ним не смеются. – Еще я думаю, что эта женщина… она попала в общество, но не чувствует себя его частью. И поэтому шантаж для нее – не только выгода, но и удовольствие.
– Разумно, – кивнул Смайт. – Иного торговца выгоднее было бы шантажировать, чем светскую даму.
– Да, но торговцы для нее не являются «врагами»! – живо откликнулся Симпсон. – И потом, они менее чувствительны к слухам и сплетням, им деньги важнее. Да, и еще, мне кажется, что один из них, из этой пары, должен быть связан с прошлым господина Дорле.
– Ну, что же, – Паттерсон подытожил сказанное. – Будем изучать его прошлое и наше настоящее. За работу! Симпсон, задержитесь на минуту.
Когда Фолхем, Смайт и протоколист вышли из кабинета, полковник спросил у вновь покрасневшего сержанта:
– Кто вел у вас этот курс? Найди его и поговори, пусть прочтет у нас в Страже лекцию по составлению профиля.
Паттерсон вчитывался в отчет лаборатории, стараясь понять, были ли у него причины нервничать из-за темноты на площади, или это приступ паранойи, когда засигналил его коммуникатор. Он еще раз попытался вникнуть в смысл фразы «В части изучения возможности воздействия на предоставленные кристаллы по стандартам ПУЭ-6, ПУЭ-7, ПТЭЭП путем испытания изоляции повышенным напряжением промышленной частоты вторичных цепей, а также схем защиты, управления, сигнализации и измерения ВРУ…», плюнул и ответил на звонок.
– Господин полковник, это Валери Смит-Джонс, – услышал он и удивился. – Я понимаю, что вы очень заняты и не ждали моего звонка, но я бы хотела заехать к вам на минуту. У меня есть кое-какая информация.
– Хорошо, мисс Смит-Джонс, – полковник взглянул на часы. – Я планировал уйти через час-полтора. Вы до семи к нам успеете?
– Ну, собственно, я уже внизу, просто скомандуйте, пожалуйста, чтобы меня пропустили.
Дэн с ненавистью взглянул на папку с отчетом и ответил:
– Передайте трубку дежурному…
Девушка появилась в дверях его кабинета буквально через мгновение. Паттерсон предложил ей сесть и спросил, желает ли она чаю.
– Спасибо, нет! Сегодня моя очередь готовить ужин, так что нужно будет еще в магазин забежать, – отказалась она. – Собственно, я вот что принесла.
Через стол перекочевал листок с распечаткой. Дэн вчитался: «Максимильян Дюбуа проживает с 2161 года… Милтон-Кинс… владелец дома номер восемь по Блетчли-роуд, и еще пяти домов по соседству» и поднял глаза на Вэл.
– Мне это должно что-то говорить?
– Конечно, – она энергично кивнула. – Мэтр Дорле ведь рассказал вам о той истории с первой коллекцией, за которую он получил Золотые ножницы?
– Да, Фабьен Дорле был у меня позавчера, в понедельник.
– Так вот, это нынешний адрес того самого соученика, которому по сути коллекция принадлежала. Ну, который нарисовал базу, дал идеи. Я, конечно, не могу сказать, живет ли он там на самом деле…
– Тьфу! То есть, вы хотите сказать, что наша служба розыска не соизволила даже проверить адресную базу? Тьма знает, что такое… – Паттерсон раздраженно швырнул ручку. Она отскочила от поверхности стола, подпрыгнула, скатилась на пол и оказалась под книжным шкафом.
Оба собеседника проследили взглядами за ее путешествием, после чего Вэл посмотрела на полковника и улыбнулась.
