Ушла в винтаж полностью

Я обкладываюсь библиотечными книгами, но к десяти вечера понимаю, что не сделала ровным счетом ничего. Я даже не определила, каким должен быть основной тезис. Я даже не помню, что такое тезис. Когда звонит телефон, я тут же беру трубку. Не потому, что хочу с кем-нибудь поговорить, а потому, что мне нужен повод перестать пялиться на пустой лист бумаги.

– Да?

– Мэллори? Где ты сегодня была?

Оливер. Оливер, наверное, единственный человек, с кем мне хочется сейчас пообщаться, потому что он не станет говорить со мной о том, о чем я не хочу, то есть примерно обо всем.

– О, прости. Мне надо дописать этот реферат…

– Что?! И ты не могла позвонить?!

– Вау, и что случилось с твоими формулами вежливости?

– Я в ярости, если ты еще не поняла. Ты сбежала, и мне пришлось делать всю работу по клубу, который ты сама же пожелала создать.

– Знаю. Я очень ценю все, что ты делаешь. – Я замолкаю. От его тона у меня колет в сердце. Неужели этому парню так важен наш клуб? – Прости, я была не права. Надо было забежать или позвонить. Кто-нибудь пришел?

– О да, – бурчит он. – Толпа людей.

– Это хорошо.

– Слушай, мне пора. Я сам все украшу. Это несложно.

– Ну почему, я хочу помочь. Вот сдам завтра реферат.

– Да нет, все нормально. Делай свое задание.

«Задание» он произносит с такой интонацией, будто никакого задания у меня нет, будто я тут сижу крашу ногти на ногах, распеваю песни и посмеиваюсь над дураками, украшающими платформу для шествия. Что за ерунда! Оливер – один из самых приятных парней на Земле, с ним всегда легко. Да, с моей стороны было безответственно не прийти сегодня, но:

1. Я не безответственная.

2. Мне кажется, его реакция несоразмерна моему проступку.

Видимо, я пока еще не вышла из роли Швейцарии, потому что не пла́чу и не спрашиваю, что, черт возьми, происходит.

– Ладно, я доделаю свое задание. А потом присоединюсь к работе клуба.

– Ну да, посмотрим.

– Я вешаю трубку, Оливер. – Звучит грубовато – но разве не так положено говорить по правилам этикета?

Не знаю, у меня же нет значка.

Я швыряю книгу в стену. Попытка жить проще оказалась настоящей пыткой. Я четко выполняю все, что было в Списке, но при этом не чувствую, чтобы моя жизнь чем-то наполнялась. Как и этот лист бумаги. Особенно этот лист. Будь у меня доступ к Интернету, я справилась бы за пару часов, и у меня осталось бы полно времени, чтобы помочь Оливеру, или послушать музыку, или удалить все фотографии Джереми с моей странички.

Убедившись, что все спят, я крадусь по коридору. Действовать надо быстро, пока я не начала ругать себя за то, что собираюсь сделать.

Я проскальзываю в мамин кабинет и включаю ее компьютер. Он защищен паролем, но чего я не сказала Джинни, так это того, что пароль мне известен. Пару месяцев назад я пользовалась маминым компьютером, когда у меня не работала кнопка пробела, и подсмотрела пароль. ДЖИНМЭЛ. Креативно. В строке поиска я ввожу «Промышленная революция» – и тут же на меня обрушивается миллион возможностей. Спасибо. Спасибо. Спроси и получишь ответ. Можно было набрать «Промышленная революция, готовый проект», тогда у меня было бы пять работ, из которых оставалось бы слепить одну.

Кровь стучит в висках, словно я участвую в ограблении банка. По правде говоря, меня мало волнует Промышленная революция и мой реферат. Это успеется. А сейчас, раз уж я зашла так далеко, я хочу сделать то, о чем мечтала с самого начала всей этой истории со списком.

Залезть в Friendspace.

На моей страничке меня ждет целый поток рандомных фактов о друзьях и знакомых. Я прокручиваю на экране случайные мысли моих 623 ближайших друзей за последние две недели. Коул хочет сэндвич с ветчиной. Кайл участвует в розыгрыше брелока. Эмма хочет, чтобы ее обняли. Все это они думают и чувствуют в моменте. Хоть это всего лишь внешняя оболочка и никто не постит свои сокровенные страхи и мечты, все равно мы видим кусочек этого человека, верно? А для меня – еще и способ поддерживать связь с людьми, не вступая с ними в разговоры. Отсюда, из маминого кабинета.

Пока я не готова заглянуть в свой профиль и высматриваю, что там происходит у других. Я не готова приоткрывать собственный уголок Интернета. Вместо этого я сглатываю, кликаю мышкой… и вот я на страничке Джереми.

После того самого поста он разместил и другие. Например, сегодня он выложил текст песни. Три дня назад он прошел тест «Кто ты из Симпсонов?». А вот и изменение статуса, сопровождаемое восьмьюдесятью двумя комментариями.

Я знаю, что, прочитав эти строки, не получу ответов на свои вопросы. И счастья тоже не найду. Но они так… близко. Я прокручиваю вниз, к самым свежим, вчерашним комментариям. Обмениваются ими, кстати, Оливер с Джереми. Как это Джинни забыла упомянуть, что меня тут вовсю обсуждают?