– Хочу вам еще кое-что сказать, мисс Керл – если это, конечно, ваша подлинная фамилия, – продолжил Грегори, когда она сжала виски пальцами и снова что-то вскрикнула. – Как я уже говорил, вы не кажетесь мне такой плохой, как можно подумать, и именно по этой причине я с вами сейчас говорю. Но вот сами подумайте: вот я, молодой человек, только по-настоящему вступающий в большой мир, и тут вы, пытающаяся погубить меня. Я жил здесь тихо и спокойно с женой и двухлетним сынишкой, пока ей не пришлось уехать в горы, поскольку наш малыш заболел. И тут появляетесь вы, миссис Скелтон, Даймондберг, Каслмен и маклеры. Вы принимаетесь шпионить за мной и всячески отравлять мне жизнь. Теперь я не беспомощен. И не надо думать, что я не был предупрежден о вашем приезде, поскольку меня информировали. На моей стороне столько же влиятельных людей, сколько и на стороне Тилни – или будет, – и ему, как не старайся, не удастся выйти сухим из воды столь легко, как он надеется. Но подумайте о вашей роли во всем этом! С чего вам губить меня или помогать этим людям? Что я вам сделал? Могу понять, почему этого хочет Тилни. Он считает, что у меня есть факты, которые могут навредить ему, и они действительно имеются, а поскольку я не сделал никакого публичного заявления, то доказательства по-прежнему у меня. А если меня уберут с дороги или дискредитируют, все само собой сдуется, и с ним ничего не случится. Но все-таки случится. Теперь иначе не выйдет. Дело продолжится, со мной или без меня. Но суть не в этом. Два месяца назад мне сообщили, что вы тут появитесь, и сообщила не миссис Скелтон, а мои друзья, и что на мою жизнь будет совершено покушение. И вот вы тут в означенное время и делаете то, что вам велено, при этом ничуть не стыдясь. Не думаете ли вы, что столь гнусные игры не делают вам чести?
При этих словах она широко раскрыла глаза, явно пораженная.
Грегори устало посмотрел на Имоджин, а она – на него, но не произнесла ни слова.
– Большая синяя машина, что должна была убить меня, – продолжил он, чуть выходя за пределы своей осведомленности, – была в их плане задолго до вашего приезда сюда. Я понятия не имею, зачем и почему вы работаете на Тилни, но мне хорошо известно, что так оно и есть, и вы мне противны, как и вся эта возня вокруг меня. Вы просто мелкая негодяйка, вот и все. Я не желаю знать ни вас, ни ваших козней. Не хочу с вами больше разговаривать. Более того, из отеля я не уеду, так что можете сообщить об этом Тилни, если хотите, или миссис Скелтон, или кому там еще, кто заправляет вашими делишками по его наущению. Я веду ежедневные отчеты обо всем, что происходит, у меня есть свидетели, и, если со мной здесь что-то случится, они обратятся в газеты и предадут все гласности. Если бы у вас осталась хоть малая толика порядочности, вы не стали бы участвовать в подобных делах, но у вас ее нет. Вы жалкая мелкая негодная врушка, и это вас выдает, вот и все.
Он встал и собрался было уйти. Мисс Керл продолжала сидеть, явно ошарашенная услышанным, затем вскочила и крикнула ему вслед:
– Мистер Грегори! Прошу вас! Пожалуйста! Мистер Грегори, я тоже хочу вам кое-что сказать!
Он остановился и обернулся. Она торопливо подбежала к нему и взмолилась:
– Не уходите так, не сейчас! Погодите минутку. Прошу вас, вернитесь. Я хочу с вами поговорить.
И хотя он посмотрел на нее довольно решительно, он все-таки последовал за ней.
– Ну? – нетерпеливо спросил он.
