– Зато сейчас хватит! – Рассвирепел Брендон, направляя в челюсть своего недруга стиснутый до боли в костяшках кулак. Ему не стоило напоминать о том, что было двенадцать лет назад. Это ошибка. Непростительная ошибка. И теперь Шону Ланкастеру придется за неё платить.
– Брендон! – Знакомый голос прорезал спутанное сознание, но не отрезвил. По крайней мере, не до конца. – Брендон, остановись, ты же убьешь его!
– Да! Убью! – Взревел он, награждая Шона ещё одним глухим ударом.
– Брендон, хватит! Прекрати!
Он слышал проникающий в голову голос Натали, но пытался заглушить его действие.
– Остынь!
– Я не позволю этому ублюдку жить!!
– Будет он жить или нет, это не тебе решать!! – Заорал Маркус, резко разворачивая друга к себе. – Что с тобой?! Совсем рехнулся?!
– Ты же знаешь! Всё знаешь!
– Знаю! Но не дам лучшему другу совершить самую большую ошибку в его жизни! Только не до тех пор, пока я жив! Тебе это ясно?! – Он встряхнул Брендона, и внезапно стало легче. Не настолько, чтобы перестать ненавидеть Шона и хотеть его убить, но достаточно для того, чтобы взять себя в руки.
– Я в порядке. – Тихо, но всё ещё хрипло ответил он.
– Уверен? – Уточнил его друг.
– Уверен.
Маркус кивнул, и, хотя и с осторожностью, но всё-таки отошел.
Брендону стоило огромных усилий не закончить начатое, но он сдержался.
– Твоя игра в чертового интеллигента со мной не пройдет. – Сквозь зубы процедил он, разворачиваясь и делая шаг к Шону, но стараясь на него не смотреть. Иначе быть беде. – Потому что я отлично знаю, какой на самом деле ты гнилой внутри.
Шон снова усмехнулся – на этот раз уже явнее, а затем качнул головой и задорно щелкнул пальцами. Удивительно, несмотря на то, что он едва стоял на ногах, у него хватало на это сил.
– Однако, это именно ты пытался забить меня до смерти, словно скотину. – Зашептал он. – Каким бы гнилым я ни был, поверь, дерьмо в её глазах сейчас именно ты.
Ему было плевать на его слова. Действительно, плевать. Они не должны были задевать его. Совсем ничем и никак. Однако, внутри что-то всколыхнулось, на бешеной скорости взмыло к самым облакам, а затем плашмя упало вниз.
Переборов себя, Брендон развернулся и, подняв взгляд, встретился с близкими ему синими глазами. Растерянными. Испуганными. Отстраненными. В груди внезапно больно защемило. Разозлившись от того, что Шон оказался прав, он отвернулся и бросил:
– Собирайся. Мы уезжаем.
Желая побыстрее убраться отсюда как можно дальше, Брендон быстро зашагал прочь, и чтобы хоть немного поравняться с ним, Натали пришлось немного пробежаться.
– И это всё? – Ответила она. – Больше ты ничего мне не скажешь?
– Я не собираюсь обсуждать это с тобой, Натали! Собирайся! – Повторил он.
– Нет. – Внезапно возразила она и, выбежав прямо перед ним, уперлась руками ему в грудь, заставив остановиться. – И шагу с этого места не сделаю, пока ты не объяснишь мне, что с тобой такое, черт подери, происходит!
– Здесь нечего объяснять. – Процедил он. – Со мной всё в порядке!
– Набрасываться на людей средь бела дня ты называешь в порядке?? Ты избил Шона до полусмерти!
– И что?? Стало его очень жалко, да?!
– Да причем здесь жалость!
– Ты вечно пытаешься защитить гребаного ублюдка! Почему?! Почему ты на его стороне, Натали?!
– Я вовсе не на его стороне!… – Попыталась оправдаться она, но Брендон ей не дал.
– Я избил Шона потому что на то были свои причины!!
– О которых ты ничего мне не говоришь!! – С обидой выкрикнула Натали.
– А если бы сказал, то что?! Побежала бы выражать ему своё сострадание?! – В её глазах внезапно появилось что-то похожее на боль. Или же ему это только показалось?… – Ты можешь идти к нему. Можешь бежать! Давай! Делай всё, что хочешь! Спи с кем хочешь! Я не стану тебя держать!
Боль (или что-то очень похожее на неё) стала в её глазах в стократ сильнее. Брендону вдруг подумалось, что, не сдержавшись, Натали вот-вот заплачет, но он ошибся. Она лишь на мгновение прикрыла глаза, а затем, словно приняв какое-то решение, кивнула.
– Прекрасно, что мы выяснили это сейчас. Пока всё не успело зайти слишком далеко и не стало для нас обоих непоправимой ошибкой. – Сказав это, она подняла на него взгляд. Ледяной. Который на секунду даже потряс Брендона. – Попрошу Маркуса подвезти меня до дома. – Он хотел было возразить, но она предупредила его попытку. – Не хочу быть для тебя балластом.
И она ушла. Вот так вот легко, сказав всё это, даже не дрогнув, просто развернулась и зашагала прочь. Сказав всё так, словно ей было всё равно. Словно ни сегодняшняя ночь, ни все прошлые совершенно ничего для неё не значили. Словно ничего не значил и он сам.
