— А это были выборы? Если происходившее считать настоящими выборами, можно говорить о поражении. А если полагать, что не было ничего похожего на честные выборы, о каком поражении речь? Когда говорят: «Цензурируются электронные СМИ, у партий в разы отличается представительство в эфире, нет правильного подсчета голосов» и одновременно заявляют, что демократы потерпели поражение, то где логика? Тут верно либо первое, либо второе. Все вместе верным быть не может. Кроме того, что бы мы делали в этой Думе, получи свои 6 %, с которыми нас поздравил президент? В 90-х годах мы могли быть «младшими партнерами», поскольку требовали корректировки грубых ошибок в ходе реформ. Сейчас ситуация изменилась — в целом курс неверный, и поэтому нужно сорок процентов получить, пятьдесят, чтобы создавать европейское государство вместо нынешнего авторитарно-олигархического болота. А быть 7-процентной оппозицией Его Величества, декорацией — пользы мало.
— Как вы относитесь к промелькнувшему проекту создания новой правой партии без «ЯБЛОКА» и СПС? Оттесняют вас, Григорий Алексеевич, молодые беспощадные волки типа Владимира Рыжкова? Или вы им не по зубам?
— Спокойно отношусь. Пусть попробуют.
— Но ваше предложение «ЯБЛОКА» в качестве основы для объединения демократических сил тоже не выглядит реалистичным. Не случайно Борис Надеждин, член политсовета СПС, после Всероссийского гражданского конгресса грустно обронил: похоже, на следующие выборы мы снова пойдем отдельно...
— Грустить не надо. Сегодня задача СПС — выжить, найти авторитетного лидера, проанализировать свой политический курс: «возрождение армии в Чечне», «Кириенко в Думу, Путина в президенты», залоговые аукционы, финансовые пирамиды, передачу НТВ Коху и «Газпрому» — и на этой основе избавиться от одиозных личностей. Короче, обновиться, стать демократами. Но можно этого и не делать, остаться неоконсерваторами и бороться с Путиным ради власти Березовского. И тогда они точно пойдут... отдельно.
— Кому же ваше предложение адресовано?
— Всем. Мы предложили простые принципы: социаллиберальная идеология партии. Смена власти конституционным путем, недопущение «операции наследник». Деолигархизация страны и компенсация обществу ущерба, нанесенного криминальной приватизацией, преодоление колоссального социального расслоения. Безусловное соблюдение Конституции. Мы хотим разговаривать со всеми, кто разделяет эти принципы.
Демократических политических организаций много, но по независящим от них обстоятельствам они сегодня небольшие и слабые. Их и надо стараться объединять. Кроме того, Конгресс демократических сил в декабре прошлого года показал, что есть много гражданских организаций, которые готовы к политической деятельности.
— В СПС приняли идею на свой счет.
— Они в СПС разные. С одними можно иметь дело, с другими — нет.
— И все-таки... Год назад вы не согласились объединяться с правыми из-за Чубайса, из-за того, что избегали любых ассоциаций с младореформаторами. Сейчас Анатолий Борисович отошел в тень, а с Немцовым вы, кажется, ладите еще со времен экономического эксперимента в Нижнем Новгороде. Что теперь мешает?
— Проблема не в ассоциациях, как вы говорите, а в том, что у СПС всегда была разрушительная, опасная антидемократическая политика, основанная на низких моральных и ценностных стандартах. А Чубайса как человека я совсем мало знаю. Практически с ним не разговаривал. Ну, может, два раза, от силы три. Личных претензий у меня к нему не может быть. И вообще, Чубайс — одна из крупных политических фигур последних 15 лет.
— Это ирония?
