— Это моего дедушки. Любимый мундир.
— Он в нем и умер? — оценивая потрепанное состояние одежки, уточнил капитан. — А если серьезно? Это вместилище бытового сора? Накопитель неутилизированных отходов? Как это называется?
— Кладовая.
— Кладовая. А то я подумал, жирно живешь, два мусорника в доме. Или три? — заглядывая за дверь спальни, осторожно уточнил он.
В спальне и, правда, смотреть было нечего. Кровать и шкаф. Убогий дамский столик и вытоптанный ковер на полу. И пол метра свободы между ними. В коробке для обуви туфли живут в большем просторе.
Амир смотрел, облокотившись могучим плечом о проем двери и молчал. Даже пошутить было не про что. И это была такая живописная тишина, что Калина, стоя позади него, покраснела до корней волос, хотя этого не происходило до того, пока гость насмешничал над ее убогим бытом.
— Назад к бессмертным не желаешь?
— Нет, — холодно отрезала женщина.
— В принципе, можно жить, — нисколько не издеваясь, подытожил гость и пошел назад в гостиную, правда, перед этим вновь зашел в туалет и спустил воду. И забавно посмеивался наблюдая.
— Набралось уже. Просто чудо какое-то!..
— Как ты меня нашел? Это Аршинов дал тебе адрес? — принимая строгую позу, спросила, когда вышли в гостиную.
— Ты сама меня сюда привела. Я знал только название места, где ты теперь зарабатываешь на жизнь. Только подошел к бару, и тут же явилась ты.
— Зачем ты пришел? Воплощать свои угрозы?
— Только если ты позволишь мне вымыться. Я ночевал в подвале и теперь пахну не лучше чем опахало твоего кота. Не представляю, как ты выдержишь акт любви с мужчиной, который источает такой аромат! Тем более его многократные повторения, — слегка смущенно шутил он. Калина щурилась, напряженно размышляя, какую игру ведет капитан? Не тот это бессмертный чтобы озвучить угрозу, а потом отступиться от нее. Не тот!..
— Тебя ищут. Уйти было глупо. Ты поставил под угрозу желанный мир, ради встречи со мной? Не слишком ли дорого обойдется тебе планомерная месть? — недоверчиво уточняла женщина. — Гнева государя уже не боишься?
— Не боюсь, — откидывая забавную показную веселость, серьезным голосом твердо сказал Амир. — Это он меня направил сюда. Я здесь по приказу, Калина.
— Какое разочарование! — воскликнула она с горечью. — Я думала, ты летел ко мне на крыльях любви. А он опять лишь выполняет приказ государя. Как бы мне это пережить?!
Амир смотрел молча, буравил ее глазами. Кажется, он уже забыл, как может быть «приятно» беседовать с этой смертной.
— И с чем государь прислал ко мне своего главу безопасности?
— Я больше не возглавляю службу безопасности, Калина, — опуская глаза, признался Амир. — Сразу после отъезда делегации между преемником и государем произошел небольшой разлад. Рикошетом отдало и по мне.
Мужчина вскинул верх подбородок несколько преувеличено гордо. С большим достоинством чем то, что на самом деле ощущал. Точнее лишь желая показать то, что совсем не чувствовал теперь. Смотрел, ожидая очередного едкого вопроса и язвительного комментария.
— Что же они не поделили?
— Думаю, ты отлично знаешь.
— Смертную в убогой квартирке? — недоверчиво улыбнулась Проскурина.
— Не совсем так. Государь не прощает тех, кто мешает его планам, каковы бы ни были мотивы. Даже если это лишь желание его защитить. Думаю, ты понимаешь, что конфликт был неизбежен, и государь лишь ждал отъезда гостей.
— И был наказан тот, кто лишь выполняли свой долг? — недоверчиво уточнила Проскурина.
— По мнению государя, я слишком старался.
— Сняли с поста?
— Разжаловав из армии. Я даже не капитан теперь…
— Соболезную, — нахмурилась Калина, еще пристальней изучая незваного гостя. — Не понимаю? Как впавшему в немилость у самого государя удалось попасть в делегацию мира? Не абсурдно звучит? Что-то явно не вяжется, Амир. Опальный уполномочен строить мир? Кажется, государю должно предположить, что ты не станешь стараться.
— Стану. Из кожи лезть буду. И государь это знает. И меня направляли не строить мир. Должность, которую мне дали чтобы протащить на эти переговоры, под носом у людей, лишь прикрытие. Я был прислан с иной миссией… Я разжалован, но так и остался в душе солдатом. И уже говорил, что был лучшим в моем полку. Поэтому выбор и пал на меня. Я знаю персонажей в лицах, знаком с тобой, достаточно ловок и умен, чтобы выбраться из-под охраны и пройти городом не поднимая руки на людей, даже если мне придется терпеть голод. Меня специально тренировали, Калина. Я могу вытерпеть жажду дольше, чем любой из членов делегации. Даже если поставить кровь в стакане перед моим носом на много часов.
— Это так тебя тренировали?.. Заметно исхудал, — оценила женщина.
— Чего не сделаешь, чтобы вернуть себе расположение государя. Впрочем, как и преемника.
— Так ты впал в немилость и у него? — усмехнулась женщина.
— Сора с отцом на него дурно подействовала, плюс знакомство с тобой произвело на него обратный ожидаемому эффект и он счел правильным обвинить меня в некоторых озвученным мыслях, высказываниях, что отразились на его поведении и политике.
— Так это ты его натравили на меня? — охнула женщина.
