Стайнер проснулся рано утром. Кажется, он мог бы спать ещё очень долго, потому что разлепить сонные глаза ему было сложно. Но лучи солнца, навязчивые и яркие, били прямо в глаза, светят даже через закрытые веки, чем заставили его подняться с кровати. Браун открыл окно, дабы впустить в комнату свежий бриз, приятной прохладой веющий с берега моря. Он глубоко вдохнул полной грудью, вытянув руки вверх, уже более-менее очнувшийся от крепкого сна. Из его окна открывался замечательный вид на живописный, пусть и слегка потерявший свою презентабельность после боя, остров. Хоть «Когнитинис» был ещё не полностью восстановлен от последствий битвы, Брудер вместе с остальными драконами усердно приводили его в прежнее состояние.
После той ночи, когда Стайнер убил Эрссера, его потерявшее сознание тело забрал именно Брудер. Пока вервольф храбро и из последних сил дрался с самым опасным врагом, когда-либо попадавшимся ему на пути, дракон успел отбить академию у оставшейся в ней кучки солдатов Эрссера и захватить власть вместе с двумя выжившими драконами. Все трое решили, что сейчас академию нужно превратить в безопасное пристанище для всех выживших вервольфов, дабы сохранить их расу и не дать ей погибнуть окончательно, позволить развиваться, чтобы они не остались лишь на страницах истории. Пока академия постепенно восстанавливалась и менялась, в неё время от времени приходили оборотни в поисках временного укрытия, где они смогут без страха пережить эти сложные и страшные времена. Тем не менее, пусть раса и пострадала, в академии собралась пара сотен оборотней. Шансы на то, что эта раса снова воскреснет были, остальное же зависело от самих вервольфов.
— Вижу, ты уже проснулся. — В дверном проёме возник Брудер, — Как спалось? — Поинтересовался он.
— Ты и сам знаешь, что хреново. — Оборотень натянуто улыбнулся. Он не мог спокойно спать после всех событий, что он пережил, несмотря на то, что прошло уже несколько лет. Практически каждую ночь он видел перед своими глазами одно — лица погибших товарищей; тех, благодаря кому сейчас все вервольфы могут спокойно ходить по земле, не боясь быть обнаруженными и убитыми.
— Ты вроде хотел сегодня попасть на материк, да? Я всё приготовил для телепортации. Пошли. — Дракон развернулся и ушёл куда-то. Стайнер взял висящую на спинке стула немного мятую кожаную куртку и послушно пошёл за ним.
В холле бегало с десяток маленьких детей — все они были вервольфами. Вот она — маленькая надежда, которая кричала радостными детскими голосами «ещё не всё потеряно». Не обращая на них внимания, Брудер прошёл в свой кабинет и после того, как туда зашёл вервольф, закрыл дверь.
— Вот, возьми это. Разломай, когда захочешь вернуться обратно. — Парень протянул Стайнеру длинный чёрный камень, сияющий изнутри, и махнул рукой на начерченный круг в углу комнаты. Браун спокойно встал в него и вскоре пропал.
Это было начало сентября. Постепенно холодало, листья желтели, хоть ещё и не успели опасть на землю. Летний ветер, тёплый и местами обжигающий, даже как-то резко сменился на осенний, местами пронизывающий даже сквозь верхнюю одежду, оповещая, что за ней последует еще более холодное время года. Стайнер стоял посреди пустой поляны, которая точно плешь была когда-то выедена голодными языками пламени, посреди выгоревших когда-то давно деревьев, прямо перед руинами, местами покрытыми мхом. Раньше это был величественный особняк, наполненный сильнейшими вервольфами. В нём каждый день кипела жизнь, бурлили события, но теперь он превратился в бесполезную груду камней. Груду камней, которая теперь стала надгробной плитой для каждого, что в тот день отдал свою жизнь. Присев на ступеньку почти сохранившегося крыльца, Браун почтил минутой молчания павших товарищей. Усилившийся ветер предупреждал о наступлении непогоды, о наступающем сезоне дождей, однако Стайнер прекрасно понимал, что в этом безжизненном лесу вряд ли что-то изменится. Может, только мох сильнее разрастётся по руинам, накроет их мягким одеялом.
Встав со ступеньки, Браун прошёл к небольшому бугорку земли, выложенному по периметру двумя рядами кирпичей. Это была самодельная могила, в которой Стайнер похоронил Агнера — точнее то, что осталось от него после взрыва, которым он помог вожаку скрыться от преследователей и выжить. Брудер помог восстановить раздавленное грудой камней тело Агнера с помощью магии, чтобы нормально его захоронить. О его потере, наверное, он скорбил больше всех. Но о его смелости и самоотверженности молодой человек ещё долго будет рассказывать новому поколению вервольфов. К сожалению, тело Рана не удалось найти, но если бы оно было обнаружено, то его могила находилась бы рядом. Присев на тоже самодельную скамейку, которую Браун предусмотрел для своих посещений, с тяжелым вздохом он достал откуда-то из внутреннего кармана куртки флягу с крепким пойлом.
