— Понимаешь, друг мой, ты начал своё расследование ни с того. Герда — мой агент. Точнее, была им до определённого момента. Она все эти годы следила за тобой, собирала информацию. Её последняя миссия была убить тебя. К сожалению, бедная девушка не справилась. Ах, как же она тебя презирала… — Наигранный жалобный голос сменился на тихий смех. Эрссер будто получал огромное удовольствие, высказывая всё это Стайнеру, глядя ему прямо в лицо, играя и помыкая его чувствами, мыслями. Кажется, разгоревшийся на пепелище особняка огонь и не собирался тухнуть, постепенно охватывая всё большую часть леса. Однако на данный момент единственным его обитателям было всё равно на эту стихию — она подвластна обоим.
— Зачем тебе всё это? Чем мы тебя обидели? — Заявлением дракона парень был сбит с ног. Пожалуй, это была самая неожиданная для него новость. Кажется, у врага не было слабых мест, и Браун никак не мог уловить подходящий момент для атаки. Каждое мгновение он чувствовал какой-то подвох. Нужно ждать.
— О, знаешь… На самом деле всё просто. На данном этапе дело в тотемах, но, к твоему сведению, это не единственная причина. Хотя, если бы ты не лез к ним изначально, то твоя шайка прожила бы чуть дольше, но за это можно любезно поблагодарить мою дочурку. Хоть когда-то она принесла мне пользу. — Хмыкнул дракон. Скрестив руки на груди, он облокотился о горящее дерево. Конечно же огонь не трогал его, даже раскалённое дерево охладилось по контуру того места, где он прислонился к трескающейся коре, — Вы слишком быстро развивались, набирали популярность и поддержу. Некоторые из твоих тупых псин даже владели магией, пусть и хуже тебя. Но, конечно же, ты — самая главная проблема. Тупой и сильный — опасное сочетание. Ты ведь понимаешь, что всю эту ситуацию можно сравнить с большой величественной башней, на вершине которой сидит король и храбро правит ею. А если какие-то тупоголовые герои вроде тебя дойдут то верха, то обязательно свергнут короля. А значит, нужно ликвидировать их, пока они ещё ошиваются внизу, на самых нижних этажах. Ты так не считаешь, мой недоразвитый друг? — Эрссер снова усмехнулся, будто бы чувствуя неприкосновенность. Вервольф не нападал, и это придало дракону уверенности в том, что исход битвы предрешён заранее, и его противник сам боб этом знает. Стайнер же устал терпеть эти насмешки — всему есть свой предел. Он чувствовал, что магическая сила ослабла, но её хватит на пару хитрых трюков, которые смогут помочь ему в предстоящей битве.
Молодой человек создал на своих пальцах ледяные когти, которые запустил в дракона. Практически рядом с ним они обратились в воду, крупными каплями упав на землю и мгновенно впитавшись в иссохшую почву, а в ответ Браун получил поток огня. Пытаясь перехватить над ним контроль, вервольф прикладывал все усилия. Похоже, Эрссер не собирался останавливать поток, но ослаблял его, как бы насмехаясь над оборотнем, давая ему фору, показывая его магическую слабость и в очередной раз указывая на собственное преимущество в этом бою. Вскоре огонь рассеялся, и дракону чуть не пришлось встретиться лицом с когтистой лапой Стайнера в зверином облике, однако он испарился в воздухе за мгновение перед ударом и появился примерно в пяти метрах позади Брауна.
— Эй, идиот, попробуй поймать это. — С лёгким смешком дракон кинул какой-то маленький предмет замешкавшемуся оборотню. Тот машинально поднял лапу и в неё воткнулся дротик. Это было ожидаемо, но парень не смог вовремя предугадать подобного исхода событий и вынужденно вернулся в человеческий облик, потеряв на время способность обращаться в вервольфа. Что ж, одно из преимуществ Стайнера в ближнем бою было нейтрализовано. С каждой минутой мысли о победе становились всё призрачнее, надежда угасала. Браун ждал какого-то чуда, однако оно не происходило, и ничего не предвещало этого чуда. Он был готов принять свою смерть, без сожалений, без страха. Но перед этим он будет бороться — собрав последние силы, пусть даже и без звериного облика, он будет сражаться до конца, как и его друзья. Они не должны были погибнуть напрасно. Либо он победит здесь и сейчас, ради них, ради их светлой памяти и будущего всей расы вервольфов, либо навсегда останется вместе с ними здесь. «Со щитом или на щите».
— Ты уже можешь начать молить о пощаде. — Мужчина демонстративно посмотрел на свои наручные часы, которые, как и его одежда, будто бы вовсе не были восприимчивы к огню, — Тогда я сделаю твою смерть чуть менее болезненной. — Эрссер медленно подошёл к оборотню.
— Никогда. — Ответил он, глядя прямо в его глаза.
