– Я с Максимом учусь на одном потоке уже четыре года, и ты себе не представляешь сколько перевидала таких неврастеничек... Когда тебя увидела с ним в первый раз, тоже подумала, что у вас это не серьезно. Думала, связался с какой-то забитой, трусоватой девчонкой… А ты в конкурсе решилась участвовать. Если честно, я впечатлена. Ты молодец, – махнула она ножом и наколотый на него кусок яблока улетел в сторону раковины. – Ой.
Я, усмехнувшись, продолжила мешать тесто.
– Я до сих пор трушу. Для меня это очень непривычно.
– Вижу, что не привычно. Этим ты мне и нравишься, – хмыкнула Кристина.
– О чем болтаете? – Максим в куртке заглянул в кухню, заставив нас с Кристиной вздрогнуть.
– Твоих бывших обсуждаем, – заявила Назарова, закидывая в рот кусок яблока.
– Чего-о? – возмутился Лебедь.
– Кристина шутит. Про конкурс говорим, – поспешно сказала, не дав ответить Назаровой. Максим хмуро посмотрел на подругу-врага, а потом перевел на меня мигом посветлевший взгляд.
– Мы до магазина сгоняем быстро и вернемся. Не теряйте.
Он умчался в коридор, из которого раздавались голоса парней, а я перевела на Кристину веселый взгляд. Та снова рассмеялась.
Мы болтали и готовили, готовили и болтали. Пироги начали появляться, как на конвейере. Из других кухонь до нас доносились новости о подгоревших и удавшихся шедеврах кулинарии. Из гостиной и коридора то и дело слышались веселые голоса перебивающих друг друга парней и смех девчонок. К нам на кухню постоянно кто-то заходил: то помочь, то воды попросить, то поболтать, то украсть кусок пирога, то стащить яблоко. Входная дверь квартиры Лебедя не переставая хлопала – ребята то уходили, то приходили. Я за этот день со столькими людьми перезнакомилась, со сколькими за всю свою жизнь не поговорила.
С Кристиной же мы неожиданно нашли общий язык и уже к концу вечера болтали как закадычные подруги. С ней было неожиданно легко, несмотря на наши разные характеры и жизни. Мне импонировала ее уверенность в себе, которая не переходила границ самоуверенности и самолюбования. Ей кажется тоже что-то во мне нравилось, может, та самая якобы храбрость.
За этот вечер я узнала, что Кристина непросто в прошлом занималась художественной гимнастикой, но еще и немало слез из-за нее пролила. В детстве не пропускала тренировки даже если болела, выходила на сцену и с температурой, и с рвотой. С малолетства следила за питанием, а на Новый год не получала конфетных подарков, как все дети, и не ела торт на день рождение. И даже сейчас, распрощавшись со спортивной карьерой, продолжает находиться в постоянном стрессе из-за боязни поправиться и съесть лишнюю крошку.
Если Кристина и Максим оба были из богатых семей, то Денис, их лучший друг, родом из деревни в области и из бедной, неблагополучной семьи. Оказалось, что этот красавец, как и я, грезил архитектурой с детства, а потому уже после девятого класса сбежал из родительского дома и отправился покорять наш город, а именно учиться в лицей при академии, чтобы затем поступить в вуз и получить высшее образование. Он жил у тетки и был ограничен в финансах, не мог хорошо одеваться, не имел последних моделей гаджетов, как тот же Лебедь. Но это не помешало ему стать любимцем всей академии и заполучить внимание красавицы Кристины, которая далеко не сразу обратила внимание на Орлова, несмотря на его популярность в академии.
Все это я поняла из сбивчивого рассказа Кристины и составила картину о блестящей троице, исходя из того, что уже знала ранее и из того, о чем проговорилась Назарова. Для меня было удивительно то, что их красота, популярность, успешность – это не только упование на то, что даровала им матушка-природа, но и постоянная работа. Хотя я и раньше знала, что история Кристины и Максима не такая простая, как кажется на первый взгляд, а все равно была впечатлена. И воодушевлена одновременно. Мне хотелось равняться теперь не только на Максима, но и на Кристину с Денисом.
– Утенок, у тебя какой талант? – Максим в очередной раз заскочил на кухню, когда стрелки часов уже перевалили за десять часов вечера.
– Нет, у меня талантов, – прошипела, доставая очередной пирог и обжигаясь. – Ш-ш, – прошипела, опуская форму и облизывая пострадавший палец.
– Ага, – по-деловому отозвался Максим у меня за спиной. На время замолчал, а затем я услышала телефонные гудки.
Обернулась и увидела, как Лебедь держит перед собой телефон, на экране которого значится «Тетя Настя, соседка», и отрезает пирог.
– Что ты делаешь? – возмутилась.
– Последний кусочек. Обещаю, – прошептал, пока шли гудки на громкой связи.
– Я так никаких пирогов не напасусь!
– Алло, – ответила мама, перебивая меня.
– Тетя Настя, здравствуйте! – весело ответил Максим, чавкая. – У нас вопрос жизни и смерти.
Нахмурилась, не ожидая ничего хорошего.
– А у Олеси таланты есть?
– Конечно, есть! – ответила без запинки мама.
– Что ты делаешь? – прошептала возмущенно. – Нашел у кого спрашивать. Это же мама, она считает, что я и шнурки талантливо завязываю.
– Тш-ш, – прошипел Лебедь, а затем обратился к маме. – А какие?
