— Мы хотели её переложить на постель, — оправдывалась соседка, — но вы сказали… Мы не посмели.
Потап задумчиво кивнул, ещё раз прошёлся глазами по распластанному телу старухи. Платье высоко задралось, оголив ноги и панталоны, вокруг головы собралась лужица крови.
— И это столько вытекло из носа? — пробурчал Потап. — Какой-то странный… — Он поднёс глаза ближе к иконе. Краска с лика Девы Марии и младенца сползла, исказила лица так, что они приняли выражения каких-то злобных демонов. Потап содрогнулся. Глаза Иисуса на другой иконе наполнены кровью, кровавые слёзы текли по лицу, его искажённый гневом взгляд — испепелял. Потап повернулся к жене. — Разве такие должны быть иконы? — спросил он. — Иди взгляни, ничего подобного я никогда не видел. Иконы будто переписали, да так… изощрённо. Может, твою бабку кто-то убил? Типа маньяка-сатаниста? Разбил стёкла, осыпал ими старуху. И… Не знаю зачем?.. Перерисовал лики…
Анжела вышла из оцепенения унылых мыслей, подошла к мёртвой бабушке. Собираясь одёрнуть платье старухи, она поднесла к её подолу ладонь. Жирная зелёная муха выползла из-под резинки панталон, протрясла крылышками, проползла ближе к коленям и тяжело, будто к лапкам привязаны гири, взлетела. Следом выползла мелкая муха, лениво покрутилась и застыла. К ней из-под резинки стали выползать ещё молодые мухи, будто недавно появившиеся на свет.
«О нет! — кричала Анжела в немом крике. — За что?! За что сама смерть так смеётся над человеком, пережившим лишения и скитания, пережившим неисчислимые трагедии?! За что смерть так не уважает старость, поганит последний уход?!»
Алла Сергеевна перекрестилась, сказала:
— Надо поскорее тело омыть. Там уже всё готово. — Стараясь, излишне не досаждать, она вышла, тихо прикрыла за собой дверь.
Ближе к вечеру приехали медики, констатировали смерть; полиция убедилась, что смерть ненасильственная, разбитые и обезображенные иконы им ни о чём не рассказали, быстро убрались восвояси. Анжелика за собственные деньги наняла судмедэкспертов, омытое тело увезли в морг.
1
Максим открыла дверь в дом в начале первого часа ночи. Мотоцикл Жизы она вела сама, оставила у себя на площадке, прислонив передним колесом к стене с левой стороны ступеней. Жека как убежал за Рэфой, так они больше не появились. Перед тем как поехать домой — Макс, Буян и Рамси заехали на кладбище в надежде увидеть хотя бы Ужа. Или если повезёт, обоих. Покричав, по темноте всё излазив между могильных камней и крестов, они решили уехать без пропавших друзей. Возможно, Жизз догнал Рэфа, они помирились и забурились в какой-нибудь бар — пить водку. Или абсент. Борис обещал объездить все питейные заведения в округе.
Бешеный пёс, который на них кидался на новых могилах, оскалил клыки, что-то упало перед ним, липкие слюни потянулись из чёрной пасти на асфальтированную дорогу, взгляд нездоровых желтоватых глаз проводил отъезжающие мотоциклы. Ощетинив иссиня-чёрную шерсть, на полусогнутых лапах злая псина прокралась за спиной Макс и улеглась в цветочной клумбе. Четыре ярких светила созвездия южного креста появились на чёрной небесной сфере. Пёс прикрыл глаза, две влажные линии пролегли от них. Он видел тень звонко смеющегося мальчика, подкидывающего его к ясному небу, когда он был ещё щенком. Радость переполняла те времена. Пёс издал жуткий скулёж: длинное тихое завывание пронеслось над травой.
Пахло можжевельником от трёх бонсай. Максим щёлкнула замками входной двери. Странно — тишина. Обычно раньше двух ночи никто не ложится. Где-то на краю света несчастная псина приглушённо выла. Максим подумала, что сегодня в третий раз она сталкивается с жутким завыванием собаки. На мгновение возникло ощущение, что это одна и та же псина, преследует — её.
— А когда в первый раз услышала? — задала сама себе вопрос Макс. — Кажется, когда утром подъехали к заброшенной церкви. А я подумала ненароком… бомж тогда ещё был жив.
Жуткий скулёж полился с новой силой и неожиданно стих, будто кем-то нещадно оборвался.
— Прибили бедненького пёсика. — Полюбовавшись в зеркале, Максим послала себе воздушный поцелуй и собралась подняться к себе в комнату. Столько ярких впечатлений нужно передать в дневник, столько важных мыслей и идей нужно занести, чтобы впоследствии воплотить. Возможно, сегодня случился переломный момент в её жизни. Они освободили мир от небольшого куска грязи. Хоть чуть-чуть свет просветлел, хоть немного мрак расступился. В тень современного чумного мира влилась капелька чистоты.
Кто-то где-то глубоко безгласно рассмеялся. Уши Максим не могли слышать этого смеха. Никто пока не мог слышать.
