Конкретных планов ни у кого не оказалось, а мой план по поиску моей супруги был отложен на завтра ввиду тёмного времени суток и всеобщей усталости. И мы, уже впятером, двинулись по ночной дороге в сторону кабака. Ночь была прекрасна. Несмотря на то, что меня одолевали тяжёлые предчувствия относительно моей Надежды, я был зачарован видом ночного неба. Всё здесь было необычно. Помимо двух лун, здешние звёзды были ярче и крупнее, чем на привычном земном небе. Казалось, что они находятся совсем рядом, а своим мигающим разноцветьем они были похожи на застывший фейерверк.
— Красавчик, а как тебя зовут? — отвлекла меня от созерцания неба тётушка. — А то я тебя всё зову красавчик да красавчик, а ты вроде бы не больно-то и на красавчика похож.
— Дмитрий, — сказал я, — можно просто Дима. А тебя как зовут не больно-то красавица?
Тётушка залилась таким весёлым и задорным смехом, что я невольно улыбнулся.
— А ты оказывается обидчивый как ребёнок, — сказала она, давясь от смеха, — меня зовут Ло-Дорина. Считай, что мы с тобой познакомились. А почему у тебя такое странное имя? Так можно называть кошку, собаку или какое-нибудь дерево. Имя человек должно начинаться со слова «Ло».
— Там, где я живу, — ответил я, — все имена такие.
— Это неправильно, — сказала Ло-Дорина, перестав, наконец, смеяться, — представь себе, кого-то зовут Сапог. Кто-то его ищет и спрашивает у остальных: «Вы Сапога не видели?» Все подумают, что он говорит про обувь. А если он спросит: «Вы Ло-Сапога не видели?», тогда совсем другое дело. Все поймут о ком речь.
Как долго Ло-Дорина продолжала бы болтать в таком духе неизвестно, потому что мы подошли к кабаку, и она замолчала, решив, что здесь неподходящее место для диспутов. Герцогский повар не стал заходить в кабак, а уверенно пошёл в обход на задний двор. Мы все последовали за ним. Было видно, что наш проводник неоднократно заходил сюда именно таким способом. С обратной стороны в кабаке тоже была дверь, в неё-то мы все и ввалились. Пройдя тёмное узкое помещение, мы оказались на обширной кухне, где два повара усердно что-то готовили в окружении кастрюль, сковород и большой плиты. После ночной свежести и прохлады, царящей на улице, на кухне мне показалось очень жарко и душно.
Увидев нас, один из поваров вышел и почти тот час же вернулся, но в компании крупной мужеподобной дамы неопределённого возраста. В руке у дамы был заряженный арбалет.
— Кого это ты приволок с собой? — спросила она громоподобным голосом герцогского повара. Но разглядев нас, она, не дожидаясь ответа, закричала с восторгом: «Ло-Дорина, мать твою, кого я вижу. Ты ли это? Каким ветром тебя занесло в мои чертоги? Соскучилась по нормальной еде?» С этими словами, отбросив арбалет к стене, она ринулась обнимать Ло-Дорину. Пообнимавшись и расцеловавшись, барменша и Ло-Дорина стали наперебой вспоминать сцены давно прошедших совместных приключений. Иногда Ло-Дорина пыталась сказать, что нам всем неплохо бы было лечь поспать. Но все её попытки тонули в потоках воспоминаний барменши. При этом барменша громко по-мужски хохотала и снова и снова принималась обнимать Ло-Дорину. Все остальные пришедшие, молча, ожидали окончания сцены воспоминаний двух старых подруг.
И тут я совершил очередную глупость. Как ты уже заметил, дорогой читатель, делать глупости — моё призвание. Ожидая, как и все, когда же у хозяйки кабака закончится запас воспоминаний, и она отведётнас на ночлег, я вспомнил про кольцо и слова Ло-Дорины, сказанные ею в каземате, до того как кольцо выпало у меня из рук. Я достал кольцо и надел его на безымянный палец левой руки. Сколько раз и в какую сторону его надо было повернуть, я уже не помнил, и поэтому повернул кольцо всего один раз. Некоторое время ничего не происходило, и я уже начал подумывать, что я сделал что-то не так. Вдруг сильнейшим порывом ветра распахнуло дверь. Ставни окон не выдержав порыва, влетели внутрь помещения и рухнули на пол. В окна и двери ворвались воздушные вихри, которые стали собираться в один большой вихрь наподобие смерча. Кастрюли и сковороды сорвались с плиты и стали кружиться по кухне. Всех присутствующих воздушный поток разбросал и прижал к стенам. Всех, кроме меня. Казалось, что я находился в невидимой капсуле, и в то время пока вокруг творился настоящий хаос, у меня даже ни один волос не шелохнулся.
— Сними кольцо, — закричала Ло-Дорина.
Но я, поражённый неожиданным зрелищем, стоял неподвижно, ничего не делая. Потоки воздуха тем временем собрались в один сгусток, который медленно вращался посередине кухни под потолком, и хаос прекратился.
— Говори повелитель! — раздался трубный голос из воздушного сгустка.
Я продолжал, молча и неподвижно смотреть на него, пытаясь в нём что-то разглядеть.
— Говори повелитель! — повторился голос.
— Что стоишь истуканом, — крикнула мне Ло-Дорина, — раз вызвал, то приказывай ему!
