– Расскажи, что там наверху? – спросил мужчина с инструментами, теребя в руках тряпичную кепку. – Пепел еще сильно падает? У нас уже год никто с поверхности не появлялся.
– А были другие? – удивленно спросила Мараси.
– Время от времени кому-то удается найти путь через тоннели и обойти защитные сооружения. – Хозяйка потерла ладони. – Я все пытаюсь убедить мэра, что никакая защита нам не нужна, что в городе хватит места еще многим. Но Гейв Энтроун такой упрямый. Утверждает, что чужаки опасны.
– Гейв, – уточнила Мараси, – ваш… мэр?
– Да, он раньше жил в другой пещере, – ответила блондинка. – Под Эленделем. Там несколько комплексов, и время от времени люди оттуда перебираются сюда.
– Энтроун сущий тиран, – сказал мужчина с инструментами. – Не позволяет нам посылать помощь наверх. Не дает искать выживших. Даже исследовать пещеры не пускает. А когда выжившие сами к нам приходят…
Хозяйка метнула в него резкий взгляд.
– Ничего, – сказала Мараси. – Я хочу знать. Чтобы понять, как многое от вас скрывают.
– Ну, – начала блондинка, – когда появляются выжившие вроде тебя… их отправляют в другие пещеры. Нам не дают возможности даже нормально пообщаться.
– И они… рассказывают о том, что творится снаружи? – предположила Мараси, сопоставив факты.
– О пепле, – ответила одна из женщин. – О жутких металлических мутантах, гуляющих по разрушенной земле.
– Я как-то видел одного, – добавил мужчина. – Мерзкая уродливая тварь. Бедняга. Он вломился сюда, и охране лорд-мэра пришлось его застрелить.
«Гемалургическое чудище, – догадалась Мараси. – Его запустили сюда специально, чтобы напугать людей».
– Новички, – продолжила женщина, – без умолку рассказывают, как ужасно снаружи, и поэтому их уводят. Видимо, лорд-мэр не хочет, чтобы они нас пугали.
– Напротив… – сказала Мараси. – Это актеры. Их специально приводят, чтобы подкрепить его ложь.
Мараси окинула взглядом собравшихся и увидела, что на нее смотрят с состраданием. Они беспокоились о ней и ничего не понимали.
Хозяйка в очередной раз погладила ее по руке.
– Мы все надеемся услышать, что наши близкие… выжили…
– У меня было три дочери, – сказал мужчина. – В Билминге. С тех пор как меня спасли, дня не проходит, чтобы я не мучился мыслями о том, что с ними стало. Мисс, прошу вас. Есть у вас вести о выживших? Последний путник, которого к нам занесло, рассказывал, что весь город превратился в пепелище, ничего не осталось. Но… кто-то должен был выжить…
– Подождите, – нахмурилась Мараси. – Вас «спасли»? Как вы вообще здесь оказались?
Блондинка подсунула ей еще печенье и переглянулась с остальными.
– Была лотерея, – сказала она наконец-то. – Ученые, узнавшие о грядущих извержениях, понимали, что спасти получится лишь малую часть людей. Поэтому они решились на лотерею, случайным образом выбирая счастливчиков.
– Не совсем случайным, – поправила другая женщина. – По понятным причинам предпочтение отдавалось женщинам детородного возраста. А еще алломантам или потомкам алломантов. Опять же, по понятным причинам.
– Нам не позволили взять с собой родных, – потупив взгляд, сказал мужчина. – Очнувшись здесь, мы пытались настоять на своем, убедить управляющих проявить благоразумие. Но… в конце концов… когда начались землетрясения, мы всё поняли…
– Тогда приехал лорд-мэр, – сказала блондинка, – и ввел строгие правила поведения.
– Тиран, – буркнул мужчина.
– Нас до сих пор иногда трясет, – сказала одна женщина. – От взрывов Пепельных гор. Снаружи, наверное, оглохнуть можно. Иногда нам дают посмотреть, что делается наверху, но очень редко. Это слишком опасно. Но я видела. Руины города, красное солнце, удушливый пепел, укутавший все, будто саван…
– Где вы это видели? – спросила Мараси.
– В наблюдательной комнате, – объяснила женщина. – Вверх по лестнице на краю пещеры.
Речь точно не шла о комнате с проектором, в которой побывала Мараси, – слишком далеко. Она подозревала, что тот зал был испытательным, а этим людям показывали более реалистичную картинку с помощью спрятанного проектора и освещения.
Как бы то ни было, теперь она знала, для чего были все эти уловки и актеры, которые усиливали эффект правдоподобности, прежде чем отправиться «в другую пещеру», чтобы ненароком не проговориться и не выдать секрет. Покуда настоящим подопытным не позволялось покидать пещеру, они не могли узнать правду.
Но зачем? Для чего столько труда?
Неужели… дело в алломантах?
– То есть некоторые из вас алломанты? – уточнила Мараси.
– Да, – ответила блондинка. – Я, например, поджигатель, хотя даже мои родные не знали об этом. Фиалия – хвататель. Кесси – гасильщик.
– Мои родители были алломантами, – добавил мужчина, – а вот у меня никаких способностей нет. У остальных тоже так.
Вот все и сошлось. Мараси поняла, в чем дело. Она знала эту блондинку. Та неспроста показалась ей знакомой.
Это была Армаль Хармс, ее дальняя родственница, которую семь лет назад похитила банда Стожильного Майлза. То было первое расследование Вакса после возвращения в Элендель.
