Уэйн взял ее и расстегнул, пока Вакс доставал из другой какие-то бумаги. Рекламный щит подсвечивали прожекторы, чтобы его видели даже ночью, и рядом с ним было удобно читать. Гм. Может, Вакс неспроста выбрал это место.
Уэйн принялся пересчитывать патроны, отсортированные по мешочкам.
– Значит, – сказал он, – они испытывали летающую бомбу над океаном?
– Только пусковое устройство. – Вакс зашелестел бумагой. – Без бомбы. Слишком опасно. Да и бомба еще была не готова. У меня тут ее чертежи. До недавней поры им не удавалось создать достаточно мощную батарею, чтобы сделать ее движимой.
– Но в итоге они додумались?
– К сожалению. – Он передал Уэйну чертеж, как будто тот мог в нем что-то понять. – Взгляни. Батарею они сделали, но бомба стала чересчур громоздкой. Теперь они бьются над новой задачей. У них есть ракеты, способные пролететь тридцать-сорок миль, но не с таким грузом. – Он перелистал еще несколько страниц и передал один листок Уэйну. – Это блокировщик. Крайне хитрый. Он предназначен, чтобы не допустить обезвреживания бомбы. А вот чертеж большой ракеты. Возможно, это их последний шанс на успех, но есть опасения, что и эта ракета не долетит… и разорвется не над Эленделем, а над Билмингом или другими городами.
Уэйн фыркнул и сложил бумаги в карман. Затем, порывшись в сумке, обнаружил сэндвич.
– Ни фига себе! – воскликнул он, разворачивая. Копченая говядина? Вдвойне ни фига себе. – Молодец, что не послушал меня и остался с этой женщиной. Она просто находка.
Вакс подозрительно посмотрел на него.
– Ну, я признаю, что ошибался на ее счет. – Уэйн достал второй сэндвич и бросил Ваксу. – Я плохо разбираюсь в людях. Наверное, даже в себе.
Вакс улыбнулся и вонзил зубы в сэндвич. Уэйн последовал его примеру и лишь тогда осознал, как голоден был. Разделавшись с сэндвичем, запил – к сожалению, простой водой. Ему хотелось еще пива. Но впереди было много дел. Одной бутылки достаточно, чтобы расслабиться. Больше – уже опасно.
Уэйн достал запасную метапамять для Вакса, заполненную до отказа, и передал. За ней последовал чехол со склянками с металлическими хлопьями. Восемь уже опустели, столько же осталось.
– Это какие-то новые, – заметил Уэйн.
– Гармония прислал, – ответил Вакс. – Сказал, что особенные.
– Да неужели… – Взгляд Уэйна привлекла последняя, с красной крышкой. Отложив их, он достал небольшой мешочек с металлом, подписанный его, Уэйна, именем. Ржавая женщина даже темпосплав для него раздобыла. – Так куда курс держим? Говоришь, они строят громадную ракету? Где ее искать?
Вакс сверился с заметками.
– Уэйн, они в панике. Прижаты к стенке. Здесь есть сегодняшние пометки. Они опасаются, что Автономия самым суровым образом закроет их проект. Поэтому собрали все силы, чтобы отвадить нас. Только это оставляет им шанс на успех. Но где… и когда…
Уэйн продолжил рыться в сумке, пока не нашел странный соломенный мячик с грузом посередине.
– Это от Ранетт?
Вакс ухмыльнулся и жестом попросил Уэйна бросить мячик. Затем запулил его высоко в воздух стальным толчком.
– Похоже, Макс помогал Стерис со сборами. Положил для меня подарок. – Он запустил мячик выше. Потом еще выше.
Потом поймал его и замер.
– В чем дело? – спросил Уэйн.
– Я понял, где бомба, – ответил Вакс. – Нужна высота. Чем выше стартовая площадка, тем дальше полетит снаряд. А еще она должна быть в таком месте, куда не сунутся посторонние. Безопасное высокое место…
Уэйн выдохнул, и друзья одновременно повернулись к центру города. К гигантской башне – «Роще», наверху которой шли работы – предположительно, по строительству новых этажей. Или там строили нечто другое?
– Проклятье. – Уэйн обратил внимание на множество огней наверху башни и прожекторы на крыше. – Они трудятся не покладая рук. И в самом деле прижаты к стенке… – Он посмотрел на Вакса. – Это гора. Башня – это гора.
– Какая еще гора?
– В рассказе моей Ма, – объяснил Уэйн, – все заканчивалось на горе. Одиноком плато посреди равнины.
Уэйн посмотрел на друга, ожидая, что тот возразит и скажет, мол, эта история не про них. Но он бы ошибся. История была про них – по крайней мере, касалась их. Потому что так решил Уэйн, и иначе было нельзя.
– Значит, гора? – сказал Вакс, спуская ногу с края платформы. – Ну да, похоже.
– А вот дальше было непонятно, – признался Уэйн. – По сюжету законник поднимается на гору, чтобы найти плохиша по имени Неисправимый Барм, самого лютого злодея на свете. Но оказывается, что гора и есть Барм.
– Барм… это гора?
– Да, он в нее превратился или вроде того, – ответил Уэйн.
– Ерунда какая-то.
– Вот и я о том, – согласился Уэйн. – Никак в толк не возьму, что Ма хотела сказать.
– Может, это и не важно, – предположил Вакс. – Может, она это сочинила, как полагается в сказках, для красного словца.
– Не, – отмахнулся Уэйн. – Вакс, ты не знал мою Ма. Она такие истории рассказывала, что закачаешься. В них ничего просто так не было. Это что-то значит… – Уэйн перевел дух. – Если полезем туда, подъем будет не из легких. Рядом ни одного высотного здания. Ты нас туда не запулишь.
