До этого момента Виктра молчала, но теперь вдруг резко поднялась, обошла вокруг стола и встала напротив голографического проектора, так что черный космос и звезды оказались прямо на ее коже. Она стягивает с себя серую футболку, белые пряди волос падают на лицо, но она откидывает их в сторону, и я вижу, что в ее глазах пылает гнев. Рельефные мышцы, подтянутое тело, компрессионный бюстгальтер. С полдюжины шрамов от лезвий пересекают наискосок ее плоский живот, более дюжины отметин – на правой руке, следы от ран видны на лице, шее, ключицах.
– Есть шрамы, которыми я горжусь, – громко произносит она. – Но есть и другие.
Виктра поворачивается к нам спиной. Кожа на пояснице похожа на расплавленный воск – сестра прижигала ее кислотой.
– Я попала сюда, потому что у меня не было выбора, – говорит Виктра, гордо поднимая голову. – Когда он появился, я решила остаться с вами! Не заставляйте меня пожалеть об этом решении!
Ее искренность и готовность показать свою уязвимость просто поражают. Думаю, Мустанг никогда бы не осмелилась на такой шаг прилюдно. Севро напряженно смотрит на высокую женщину, пока та заправляет футболку обратно в штаны, и поворачивается к голограмме.
– Разрешение можно увеличить? – спрашивает Виктра.
– Снимок сделан дроном Бюро стандартов, – отвечаю я, – почти семьдесят лет назад. Доступа к последним военным видеозаписям Сообщества у нас нет.
– Мои люди работают над этим, но шансов немного, – сообщает Квиксильвер. – Сейчас нам приходится отбиваться от контратак тысяч хакеров Сообщества. Плывем против долбаного течения, так сказать…
– Вот сейчас нам пригодился бы твой папаша, – поворачивается к Виргинии Севро.
– Он мне ни о чем таком не рассказывал, – отвечает Мустанг.
– А вот моя мать нечто подобное упоминала, – вдруг говорит Виктра. – При нас с Антонией. Что-то насчет страшных пакетов с конфетами, которые императоры могут прихватить на лету, если окраину снова снесет с катушек.
– Похоже на то, что говорит Кассий.
– Тогда, думаю, он сказал правду.
– Согласен! – поворачиваюсь я к друзьям. – К тому же пытки делу не помогут. Станем отрезать ему пальцы по одному, а он будет повторять, что говорит правду. Дальше-то что? Резать, пока не скажет, что все наврал? Мы рискуем при любом раскладе!
Мои друзья неохотно кивают, и я чувствую облегчение оттого, что выиграл хотя бы один бой. Представляю, что они могли бы устроить…
– И какой план действий предлагает твой золотой друг? – спрашивает Танцор. – Наверняка ведь что-то выдал.
– Хочет, чтобы я поговорил с правительницей по сети.
– Зачем?
– Чтобы обсудить альянс против Шакала. Октавия дает нам разведданные, а мы убиваем его прежде, чем он успеет взорвать бомбы.
– Вот так план! – хихикает Севро. – Ой, простите! Но я с удовольствием посмотрю этот спектакль! – восклицает он, поднимает левую руку и движениями пальцев изображает диалог перчаточных кукол: – «Привет, сучка ты крашеная! Что, не забыла, как я похитил твоего внука?» – «Конечно не забыла, патриций! – Севро переключается на правую руку. – Как раз после того, как я поработила всю твою расу!» Нет, ребята, – качает головой Севро, – какой толк от разговоров с этой старухой? Никаких контактов, пока наш флот не окажется у ее дверей. А вот послать нас с упырями к Шакалу – это можно! Как он нажмет на кнопку, если у него головы не будет?
– Валькирии отправятся на эту миссию вместе с упырями, – подходит к нам Сефи.
– Нет. Шакал будет ждать покушения, – быстро отвечаю я, поглядывая на Виргинию, которая заранее отговорила меня от такого плана действий. – Он слишком хорошо нас знает, нельзя действовать по старым схемам! Я не стану рисковать жизнью людей, посылая их на операцию, которую Шакал наверняка просчитал заранее.
– У тебя есть свой человек в его ближайшем окружении, регулус? – спрашивает Танцор у Квиксильвера, и я в очередной раз удивляюсь тому, что они, похоже, испытывают друг к другу взаимную симпатию.
– Был, но потом ваши серые вытащили Дэрроу из плена, и Адриус приказал начальнику разведки почистить его ближнее окружение. Все мои люди мертвы, в тюрьме или до смерти напуганы.
– Что скажешь, Августус? – поворачивается Танцор к Виргинии.
Все внимание направлено на нее, но она не торопится с ответом.
– Думаю, вам до сих пор удалось выжить, потому что золотые настолько поглощены собой, что уже забыли, как завоевали Землю. Каждый думает, что может быть правителем. Благодаря возвращению Орион и кораблям, которые захватил Севро, теперь ваше главное преимущество – флот и армия черных. Не надо помогать верховной правительнице: она была и остается самым опасным врагом. Поможете ей, и она тут же переключится на вас. Надо посеять еще больший раздор в стане врага.
– Но можем ли мы быть уверены, – одобрительно кивнув, спрашивает Танцор, – что Шакал и правда собирается взорвать нашу планету?
– Всю свою жизнь мой брат мечтал лишь об одном – добиться признания отца. У Адриуса ничего не вышло, и он просто убил его. Теперь ему нужен Марс. Как думаете, что он сделает, не получив желаемого? – спрашивает Мустанг, и в воздухе повисает зловещая тишина.
