Мальчик одернул кафтанчик, выставил вперед правую ногу, поднял вверх руку и начал сперва робко:
Понемногу оправляясь от смущения, Егорушка произносил стихи все более уверенно:
Перейдя к описанию бунта, мальчик повысил голос и, подражая своему учителю, нараспев, с легким завыванием прочитал:
Еще громче, как бы ликуя, Егорушка воскликнул:
— Ну, каково? — спросил Сумароков.
— Прекрасно! — сказал Аблесимов. — Это чья же ода?
— Моя! — ответил Сумароков с гордостью. — В деревне сочинил, как дошел слух о московских происшествиях.
— Высокая поэзия! — молвил Аблесимов, зажмурившись от удовольствия. — Сколько благородства, какая торжественность!
— Чудо! — с восторгом воскликнул один из актеров. — Даже в бедствии, в глуши деревенской не умолкает сумароковская муза.
— А ты, Иван, что скажешь? — спросил автор.
— Стихи хорошие, — отозвался Ерменев сдержанно.
Сумароков пытливо поглядел на него:
— Кажется, чего-то недоговариваешь?.. Так вот, знай! Я долгом своим почел прославить подвиги избавителей наших. Кабы не великая государыня и ее славные сподвижники, конец был бы Москве!.. Да и не одной Москве! Грешили мы вольнодумством, а ныне настали иные времена…
Воцарилось молчание. Потом актер сказал:
— А мальчонка изрядно декламирует. Чем не артист?
— Может, когда-нибудь и станет артистом, — ответил Александр Петрович. — Но еще рано. Пусть подрастет, поучится уму-разуму.
Вошел Петруша Страхов. Учтиво поклонившись, он скромно остановился у порога.
— Пожалуй сюда, господин гимназист! — пригласил хозяин.
Петруша приблизился и, увидев малыша, воскликнул:
— Да ведь это Егорка!
— А ты его откуда знаешь? — удивился Ерменев.
— Соседи! В прошлом году пропал он, ни слуху ни духу…
— Петруша! — сказал тихо Егорушка. — Где мой батя? Где брат Вася?
Петруша замялся.
— Живы, — сказал он. — В деревню ушли. Обещали вернуться…
— Видишь, Егор, — сказал Ерменев. — Стало быть, ты не сирота.
Сумароков нахмурился:
— Ему и у меня неплохо. Не так ли?
— Мне здесь хорошо!
— А теперь простись с гостями и ступай к себе! Спать пора!
Пристукнув каблучками, мальчик пошел к дверям.
Сумароков, как бы заглаживая недавнюю вспышку, обратился к Ерменеву:
— А ты, сударь, верно о театре нашем позабыл?
— Помню! — ответил художник. — И от слов моих тогдашних не отрекаюсь.
— Вот это славно! — Сумароков дружески потрепал его по плечу. — Я уже с этими господами потолковал. Они согласны к нам перейти, скучно им в казенном театре.
— Истинно так! — откликнулся один из актеров.
— Только позовите — на крыльях прилетим, — поддержал другой.
— Знаю! — сказал Александр Петрович. — Труппу соберем отменную. Я еще одну артистку привез… Скоро вам покажу — не нахвалитесь! Истинный талант и собой хороша!
— Дуняша? — спросил Ерменев, слегка побледнев.
— Она! Я особую горницу ей отвел, словно барышне. И отцу ее, Кузьме, дозволил в Москву переселиться, на оброк. Мужик честный, почтительный, не чета разбойникам да смутьянам. Отчего ж такому не оказать милость? Пускай близ дочери живет, пускай торгует — мне не жаль!
Сумароков снова заговорил о своей театральной затее:
— Денег немного уже добыл, хватит для начала. Потом можно еще взять взаймы. Есть у меня на примете один барин. Богач, благотворитель! Деньгами так и сорит.
— Это кто же, позвольте осведомиться? — поинтересовался Аблесимов.
— Демидов Прокопий. Неужто не знаешь? Воспитательный дом создал. Приюты всякие… Университету кучу денег отвалил…
— Как не знать Прокопия Акинфиевича, — сказал Аблесимов. — Он точно, благотворитель. Однако человек непостоянный, взбалмошный. Чудит! И порой весьма зло.
— С Сумароковым не почудишь, братец! — горделиво произнес Александр Петрович. — Никому не советую!
Побеседовав с часок, гости стали прощаться.
— А ты куда? — спросил Сумароков Ерменева. — Разве не останешься у меня?
— Благодарствуйте, Александр Петрович! Поселился я у одного моего знакомца. Пожалуй, обидится, ежели я его покину.
— Кто таков?
— Господин Каржавин. Служит в кремлевской экспедиции.
— Приказный? — Сумароков брезгливо поморщился.
— Нет, по архитектурной части. А прежде был учителем французского языка в семинарии. Путешествовал за границей, в парижском лицее обучался. Человек умный, просвещенный, собеседник приятный.
