— Любовь ни у кого не спрашивает, — голос девушки дрогнул. — А любовь Арсения ко мне бескорыстна.
— Бескорыстна? Как же!
— Если бы я вышла замуж за него… — нахмурилась Елена.
— Он находился бы сейчас в твоей спальне! — ревниво перебил её Рунич. — Допускаю, возможно, в самом начале вашего знакомства, он испытывал к тебе чистую страсть. Казалось, его мысли были рядом с твоей сестрой. Моя ошибка стала понятна, когда она уехала. Я вижу, он полон желания. Ты принимаешь его за ребёнка, а он такой же мужчина, как все!
— Андрей, прошу, перестань.
— Конечно, он молод, остроумен, хорош собой и, более приятен, чем я.
— К чему ты затеял этот разговор? — её глаза недобро засверкали. — Я вышла замуж за тебя. И этим сказано всё! Не усложняй наших отношений.
— Прости, Даша. — Спохватившись, Рунич поцеловал руку молодой жены. — Прости, дорогая. Арсений, кого угодно выведет из равновесия своими выходками. За что он так со мной? Я отдал ему всю жизнь. Почти двадцать лет я прожил в одиночестве. Всю молодость! И вот, сейчас, на склоне лет, господь сжалился надо мной. Но он хочет забрать и тебя!
— Нельзя забрать то, что тебе не принадлежит, Андрей, — горько усмехнулась девушка.
Она почувствовала, как предательски дрожат губы, и пелена слёз застилает глаза. Из последних сил, мысленно приказывала себе:
«Не плакать. Ни за что. Нет! Боже, как обидно и больно».
Елена просто не могла поверить в то, что происходит там, за стеной гостиной, в комнате её бывшего возлюбленного.
========== Глава 5 ==========
Адель полусидела на кровати и с нежностью смотрела на своего любовника.
Арсений лежал навзничь, повернув голову на бок. Его грудь тихо поднималась и опускалась, обрамлённые тёмными ресницами глаза, были закрыты.
Взгляд француженки скользил по его безмятежному лицу. Этот мужчина сегодня, исступлённо принадлежал ей, как и она ему. Она наклонилась и поцеловала его в закрытые веки.
Запустив пальцы в густые, светлые волосы, спросила:
— Арсен, любимый, ты моё наваждение.
От её прикосновения он вздрогнул и очнулся. Внимательно смотрел на Адель с минуту, затем опустил голову и промолчал.
— Сегодня, — притворно вздохнула Адель и многозначительно проворковала по-французски. — Ты был неотразим, mon cher. Мой дорогой. (фр.)
В ответ на её откровенные слова, Арсений покраснел и отвернулся. Он окончательно пришёл в себя и, слова француженки заставили его сгорать от стыда.
Адель проворно скользнула под одеяло и прижалась к нему. Влюблёно глядя на него изумрудными глазами, предложила:
— Хочешь, я расскажу тебе сказку?
— Рассказывай, — согласился он, удобнее устраивая свою голову на её плече.
— Жил-был маленький принц. Всё в нём было красиво. И мягкие волосы и глаза и даже ямочка на щеке. — Она нежно коснулась пальцами лица Арсения. — Душа его была чиста, открыта, наивна и невинна. Вот только король-отец не замечал этого. Властелин был груб и жесток с маленьким принцем. Время шло…
— Не надо, — оборвал её Арсений и, отстраняясь, отвернулся. Лёг на бок и оперся на локоть.
— Ты чего? — Адель нежно поцеловала его в шею.
Он поёжился.
— Я давно уже вырос.
— Вырос и изменился, — девушка крепко обняла его. — И всё равно я никогда не перестану любить тебя.
Она немного отстранилась, чтобы лучше видеть его лицо. Окна были не зашторены, и свет луны освещал кровать, на которой, лежали любовники.
— Ты устал?
На её вопрос юноша грустно улыбнулся.
— Да, я устал. Устал грешить и не каяться. Живу, как будто играю чужую роль.
Заметив, что в его глазах блестят слёзы, девушка удивлённо вскинула брови.
— Слёзы?
— Я оплакиваю то лучшее, что было, — прохрипел он. — И то, чего уже никогда не будет. Господи, как же давно я живу! Я устал от жизни как старик, а в душе такая… неистребимая ни чем тоска.
— Знаю я причину твоей тоски, — с досадой проронила Адель.
Арсений повернулся к француженке и, уставившись ей в лицо, закусил губы.
Глаза девушки были так близко, распущенные по плечам, пушистые волосы щекотали его лицо. Столько времени он старательно отдалялся от француженки, избегал её общества. Хотя знал, она — ждёт.
Страстная, роскошная, красивая и чувственная женщина всегда отдавала ему всю себя.
Арсений отвёл влажные глаза от пристального взгляда влюблённой в него девушки.
Он ненавидел себя!
Свою ревность, возбуждение и слабость, толкнувшие его в объятия Адель. Он лёг с ней в постель, зная, что там, за стеной — она. Та, единственная на свете, которую он любил. Которую желал и которую больше никогда, не назовёт своей.
Безумная ночь опустошила его, принеся разочарование. Как и после опьянения, всегда, неизменно, наступало похмелье и возврат в реальность.
«Отец умеет удерживать женщин возле себя. Он сможет добиться своего, а может уже… добился».
— Это невыносимо! — сквозь стиснутые зубы застонал он и вскочил с постели.
Адель изумлённо смотрела, как он закутывается в простыню.
— Отвернись!
Она поспешно отвернулась.
Подойдя к столу, Арсений, дрожащими руками достал папиросу из портсигара. Прикурил.
Адель, насторожённо подняла голову. Через пару затяжек, он раздражённо загасил папиросу в пепельнице.
— Мне нужно не это.
