Волнения начались даже в Пьемонте, где ещё стояли значительные французские силы, а уж остальные Апеннинские земли просто взорвались ненавистью к захватчикам. Умница Жубер всё смог подавить основные волнения и организованно отступить — полной катастрофы французам в Италии удалось избежать, хотя Рим был оставлен и незамедлительно занят армией Неаполитанского королевства.
Сама по себе потеря почти всей Центральной Италии не создавала опасности для Французской Республики, однако, такое вызывающее непослушание Журдана, приведшее к гибели вверенной ему армии, путала карты Моро и наносила ему чувствительное политическое поражение, создавая у его противников опасное впечатление полного развала в революционных войсках.
⁂⁂⁂⁂⁂⁂
— Плохое время для моего отъезда, милорд! — сэр Сэмюэл Стивенс был мрачен и даже печален, о чём свидетельствовал неподобающий тон, коим были произнесены слова, адресованные графу Солсбери, ближайшему стороннику короля Георга, члену Тайного Совета, начальнику над всеми заморскими делами государства, исключая Индию.
Тот недоумевающе посмотрел на своего подчинённого, никогда доселе не нарушавшего принятый порядок:
— Стивенс, Вы смеете мне перечить?
— Что Вы, милорд! — показалось даже, что на лице могущественнейшего главы разведки королевства мелькнул испуг, мгновенно сменившийся показным равнодушием — Я никогда бы не посмел проявить такую дерзость! Я просто хотел указать, что, возможно, столь скорый мой отъезд может нарушить управление…
— Стивенс, почему это Вы решили возомнить меня идиотом? Возможно, что Вы и Его Величество считаете недостаточно компетентным для управления государства? — Солсбери начал стремительно багроветь.
— Милорд, прошу Вас не сердиться. Вы меня давно знаете, я даже в мыслях не могу умалить Королевское Величие или начать сомневаться в Вашем решении! Меня просто мучит плохое предчувствие…
— Чёрт! Стивенс! Нашли время, чтобы демонстрировать свою хандру! — смягчился граф, — Мы стоим на пороге величайшей и славной войны! Именно от Ваших усилий зависит столь важное восстание недовольных варварским тираном! Нам нужно кусать русского медведя везде, подобно рою пчёл, чтобы царь Павел не мог даже подумать о сосредоточении сил против нас и наших союзников на континенте! Ваша миссия невероятно важна! Вы должны выполнить свой долг!
— Но, всё же сэр Ричард Саймон слишком молод, а Бэрт не обладает необходимыми связями…
— Вместе они прекрасно справятся! Чёрт побери! Стивенс, Вы должны сейчас думать исключительно о возбуждении недовольства среди поляков, германцев и греков. Они готовы к поднятию восстаний, которые купно с персами, балканскими горцами, маврами и остатками турок создадут огромный клубок напряжения для русских в Европе. А оказавшись ещё и под атаками китайцев и американцев, царь получит войну на всех своих окраинах, и наши удары разобьют его чудовищную империю на множество осколков.
В конце концов, какая разница, что здесь сотворят Саймон и Бэрт? Всё будет в Ваших руках, Стивенс! Именно на Вас смотрит наша великая монархия!
— Я исполню свой долг, милорд! Можете не сомневаться! — поклонился подчинённый, — Но, возможно, я закончу дела с Черкашиным? Его памфлеты слишком уж часто находят уже в самом Лондоне…
— Стивенс! Скоро Джервис вернётся в метрополию, будет объявлена война и наши эскадры полностью перекроют доставку всяких гадостей с континента. Проблема Вашего Черкашина решится сама собой! — ударил в нетерпении кулаком по столу граф, — Забудьте об этом!
— Я Вас понял, милорд, уже завтрашним утром отправляюсь в Бристоль.
— Отлично, Стивенс! Я верю в Вас! Более того, в Вас верит Его Величество!
⁂⁂⁂⁂⁂⁂
Джервис вернулся в блеске славы, любимчиком удачи. Он подловил Трюге, откровенно проспавшего визит противника, возле Менорки[7]. Французов было мало, они никак не ожидали обнаружить подле Балеарского архипелага эскадру англичан, численно их превосходящую более чем вдвое. От полного разгрома галлов спасли только быстрая реакция адмирала, сразу решившего отступать, даже скорее бежать со всех ног, и стойкость арьергарда контр-адмирала Дюбре.
Трюге потерял в бою и при отступлении три корабля, а уж потрепало его суда так, что говорить о решительных действиях уже не приходилось, по крайней мере, пока не завершится ремонт, а он должен был занять весьма продолжительное время. Джервис захватил контроль над западным средиземноморьем. Испанцы этому не противились, спрятавшись в свои порты и пытаясь определиться с дальнейшей стратегией.
Затем Джервис направился вокруг Пиренейского полуострова, намереваясь навести порядок в водах подле Британских островов. Адмирал Понанта де Галль, прекрасно понимал, что шансов против объединённой эскадры под командованием самого́ Джервиса у него будет немного, поэтому предпринял решительную атаку на силы противника в Ла-Манше под командованием Эльфинстона. Бой был громкий, однако назвать английского адмирала идиотом язык бы ни у кого не повернулся — он не пытался одержать победу во что бы то ни стало, а вовремя отступил.
