Увечный бог. Том 2 полностью

Он увидел, как Ураган поднял топор с застрявшим на лезвии расколотым шлемом. Лицо Урагана раскраснелось под стать рыжей бороде, им овладела бешеная ярость. Его Ве’гат стоял на гребне бруствера, алебарды непрерывно опускались на пытавшихся атаковать его солдат Коланса.

Идиот нарывается на то, чтобы его убили. Это он специально, мне назло!

Геслер послал своего Ве’гата вперед. Посреди бурлящих в мозгу ароматов он приказал к’чейн че’маллю: «В траншею! Дави! Все – вперед!»

Справа от него т’лан имассы прорубались через защитников, захватывая редуты. Битва, перейдя врукопашную, превратилась в бойню. Геслер увидел, как Онос Т’лэнн, от которого отскакивало вражеское оружие, продвигается вперед, вращая кремневым мечом. Казалось, он бредет сквозь кровавый туман.

Ублюдки красуются перед нами. Ну конечно, мы-то из плоти и крови, а они – нет. Ничто так не раздражает, как нечестное преимущество на поле боя. Ну, они хотя бы на нашей стороне… боги, да чего я жалуюсь?

– Дави!

Ве’гаты хлынули в траншею. Огромная масса тел в доспехах преграждала путь громадным рептилиям – оружие прорубало врагов, но тут же появлялись новые. Поднявшись на бруствер, Геслер увидел, что во втором ряду укреплений солдат не осталось – все бросились атаковать к’чейн че’маллей. Но выше по склону пехота оставалась на своих позициях. Он видел высокие редуты по углам, видел заряженные и готовые к бою онагры.

Потратим весь день.

Хуже того. Можем и проиграть.

Т’лан имассы захватили траншею по центру и теперь пытались расширить прорыв. По их рядам ударил залп тяжелых стрел.

«Охотники К’елль… Саг’Чурок… вы нужны в центре… необходимо уничтожить эти онагры! Т’лан имассы расступятся. Пройдите за ними, постройтесь по центру и атакуйте в прорыв!»

По его левому плечу скользнула стрела. Выругавшись, он ударил пятками Ве’гата, посылая в траншею, ближе к Урагану.

Бойня была ужасной; взлетали тела, вздымалось и звенело оружие. Ве’гат Геслера приземлился на трупы – они заполняли траншею наполовину; ноги скользили по раздавленным конечностям и телам, и для опоры он вонзал в них когти.

Полдюжины укрывшихся за щитами колансийцев держали наготове топоры с короткими рукоятками; они атаковали Ве’гатов снизу – рубили ноги, резали животы. Так поступали малазанцы. Ну что бы колансийцам не быть потупее?

Зарычав, Геслер послал Ве’гата вперед.

«Мы убиваем снова и снова, но они не поддаются. Дестриант, эти солдаты под действием какого-то гейса. Их душами командует чистокровный форкрул ассейл».

Калит медленно кивнула. Она и сама это видела: ни одна армия не смогла бы выдержать такую бесконечную бойню. Пали уже тысячи солдат Коланса. Сражение за первую траншею длилось почти половину утра, а теперь, когда солнце поднялось в зенит – посреди Нефритовых путников, – к’чейн че’малли и т’лан имассы сумели сокрушить последних защитников только третьей траншеи.

Только полпути через оборону.

Рядом Матрона Гунт Мах заговорила смесью ароматов:

«Мои Ве’гаты начинают уставать, Дестриант. Тысячи пали навсегда. А теперь Гу’Рулл сообщает, что сюда движутся еще колансийцы – по дороге с запада».

Калит обхватила себя руками. Что делать, что ответить?

– Значит, летерийцы и болкандцы побеждены.

«Нет. Они преследуют врага, но их мало и они утомлены – и не успеют вовремя нам на помощь. Дестриант, мне трудно добраться до Кованого щита и Смертного меча. Они в безумной схватке… снова и снова я слышу, как они взывают к кому-то, кого я не знаю, но каждый раз, как звучит это имя, что-то дрожит в воздухе. Аромат острый и звериный».