— Ты не понимаешь. — Генерал выбрался из кресла, подошел к окну и в раздражении притопнул ногой. — Ты говорил, они провели сделку через агента-лиддана?
— Да, ваша милость. Но беда в том, что агент работал под псевдонимом «Моллум», и теперь установить его личность весьма затруднительно: лидданские брокеры прилетают и улетают каждый день в немалых количествах. Галактические деловые кодексы допускают такую игру, уж тут мы ничего поделать не можем.
— У лиддан сейчас очень сложная ситуация. На нескольких планетах «сообщества Далаан», которые, как ты знаешь, не очень-то подчиняются власти Высокой Лид-ды, вдруг задергались ультраортодоксы.
— Но миры эти в целом модернистские, — уточнил Детеринг.
Монсальво махнул рукой.
— Ортодоксам было позволено жить в отдельных общинах, мало сообщающихся с остальным миром… какая нам разница, как там они жили! Важно то, что у них вдруг появился какой-то духовный вождь — кто он, где он, мы пока не знаем. Но если загорится Далаан, мы это ощутим очень скоро — Кассия, Тайро и в меньшей степени Корэл сильно завязаны на торговлю с ними. «Энгельберт Мекеник» строит на Кассии огромный экспериментальный комплекс, там уже работают лидданские инженеры-мотористы и энергетики. Против этого строительства, кстати, резко выступали сенатские изоляционисты.
— «Энгельберт» получили кредит? — спросил Детеринг.
— Они получили транш Метрополии.
Йорг беззвучно ахнул. ЭМ, старейший кораблестроительный концерн Империи, являлся одним из столпов военно-промышленного комплекса. Научно-исследовательские работы всегда финансировались не только банковскими объединениями, с которыми работал ЭМ, но и военным ведомством. Если концерн получил целевой сенатский транш и начал работать по совместным с лидданами программам — это очень серьезно. Это не просто давно обещанные звездолеты нового поколения, это большая политическая игра. В Сенате Человечества хватало людей, которые делали политическую карьеру на идеях самоизоляции расы. Тезисы их выглядели простыми до нелепости: нам никогда не догнать соседей, слишком далеко ушедших в своем техническом развитии, а значит, не стоит тратить деньги, которых вечно не хватает на жалованье чиновникам и пособия для профессиональных бездельников. Исследовательские программы? Конференции? Стажировки? Какая чушь, пусть этим корварцы занимаются, а человечество должно идти своим, неповторимым путем: главное — это стабильность. А какая может быть стабильность, когда у нас социальный минимум хромает?..
И если вдруг, не важно уж, по каким именно причинам, лидданы откажутся от сотрудничества с «Энгельбертом», изоляционисты получат такой подарок, о котором они не смели и мечтать.
— Ортодоксам негде взять войска, — глухо проговорил Монсальво, — ибо защищать расу они не рвутся. Им плевать.
Да, снова согласился Детеринг.
Фактически после начала звездной экспансии Лид-ды часть ее населения сознательно устранилась от общественной жизни. Причин тому было множество, не всегда они лежали в сугубо религиозной плоскости и, увы, не всегда были постижимы для человека — если, конечно, он не являлся доктором ксенологии.
— Но пятьсот человек не способны решить ни одной задачи, даже самой узкой, — заговорил Йорг. — Если, конечно…
— Шверпункт, — перебил его Монсальво. — Некий ключ, важный настолько, что факт его обладания способен изменить совершенно безнадежную ситуацию.
— И на одной-единственной планете?
— Твоя ирония неуместна. Да, на одной-единственной планете. Саперы… геологи… поиски чего-то, о чем мы не имеем ни малейшего представления? И одновременно с необходимостью обороны периметра? А если речь идет о неизвестном нам «диком» мире в пределах чьих-то интересов? Но в любом случае, как бы там ни было, мы должны выяснить детали. Присутствие Лупиньо действительно меняет всю картину… Итак, Килборн. Ты, Харрис и?..
— Нас четверо, милорд. Я говорил с Харрисом по дороге к вам. Он считает, что его люди готовы следовать за ним.
— Но там же тяжелораненый?
— Харрис считает, что ничего серьезного. До Килборна, в конце концов, пять суток ходу. Это его ответственность, милорд, — что я могу возразить?
— Хорошо, пусть четверо. Я найду места на ближайшем конвое и оформлю тебе открытый командировочный лист. Что еще? Детали нужно обсудить прямо сейчас, — потом будет, как всегда, поздно.
— Дальняя связь выделенным оперативным каналом. Коды мне на руки.
— Разумеется. Дальше.
— Фарж остается здесь и может затребовать вашей помощи в любой момент.
— Это ясно…
— Последнее: если вдруг появится Ицко-Матео… не важно, в каком виде, реальном или виртуальном, запомните одно — он и все его идеи — это сфера ответственности лорда Энгуса Харриса, и только его. Мы с вами занимаемся разработкой «выявленных обстоятельств». И пусть сенатский поверенный хоть треснет, посвящать его в эти обстоятельства не следует.
— Над этим я подумаю.
— Это ваши лампасы, Густав, не мои.
— Это говорит мне человек, который ставит голову.
— Моя голова недорого стоит.
