Ну вот и закончилась моя игра. Я выложила все карты на стол. Теперь Джестер знает обо мне абсолютно все. Интересно, как он поступит? Или все его слова про помощь — все-таки обман? Лицемерный способ вытянуть из меня правду?
— У тебя остались ко мне какие-нибудь вопросы? — осмелилась я первой прервать затянувшуюся паузу.
— Только один. — Джестер одним глотком осушил вино, оставшееся в бокале. Аккуратно поставил его на стол и негромко спросил: — Тереза, ты любишь своего супруга?
— Петера? — зачем-то уточнила я. — Или того, первого, оставшегося в моем мире?
— Ну, как я понимаю, с первым ты развелась, — мягко напомнил Джестер. — Я говорю про барона Теоля. Полагаю, на фоне твоего прошлого неудачного брака этот союз кажется тебе намного выгоднее. Петер молод, хорош собой и знатен. А теперь еще и очень богат.
— Ага, богат, — не удержалась я от саркастического замечания. — Только вот драгоценности эти с нехорошим душком. И не продать их, и самому не покрасоваться.
— Любое проклятие возможно снять. — Джестер едва заметно поморщился. — Даже крохотной толики полученного состояния твоему супругу хватит, чтобы разобраться с этим вопросом. Тем более инквизиция в моем лице уже в курсе о существовании зачарованных драгоценностей, то есть будет пристально следить за разрешением этой ситуации. Так что можешь не переживать. Твой муж отныне, пожалуй, самый богатый человек во всем Орленде. Полагаю, ты более чем счастлива от такого поворота.
Ничего не понимаю! Почему в тоне Джестера неожиданно послышалась горечь?
— Да плевать мне на его деньги, — фыркнула я. — Если хочешь знать, мы отправились на поиски драгоценностей лишь по одной причине…
И тут же осеклась, прикусив язык.
Лариса, пустомеля бестолковая! Ты соображай, кому и что говоришь. Да, Джестер требовал от тебя полной откровенности, но надо же понимать, что глупо рассказывать ему о планируемом подкупе судьи, который будет разбирать твое дело.
Увы, было бы глупо надеяться на то, что Джестер пропустит мимо ушей мою фразу. Так и получилось. Глаза инквизитора хищно блеснули, и он аж подался вперед.
— Продолжай! — сухо потребовал он.
— Ты сам говорил о денежном штрафе, который, скорее всего, придется заплатить Петеру за мои занятия ментальной магией, — медленно протянула я, тщательно соизмеряя каждое слово — лишь бы вновь не сболтнуть лишнего. — Дело в том, что мой муж… Ну, в общем, у него определенные финансовые затруднения. Вот мы и решили, что самое время вплотную заняться его так и не полученным наследством.
— Ага, — обронил Джестер, видимо, полностью удовлетворенный моим объяснением. — И все-таки возвращаюсь к моему начальному вопросу. Ты любишь Петера?
Я принялась накручивать на палец локон, выбившийся из косы. Люблю ли я Петера? Скорее всего, нет. Да, он симпатичный мужчина, с которым легко и приятно общаться. Мне нравится его общество. Он никогда не позволял себе никакой грубости по отношению ко мне. Ну, если не считать того досадного инцидента в подвале. Но в тот момент он находился под властью чар и совершенно не осознавал, что происходит. Наверное, я вполне могла бы провести с ним остаток жизни и даже не особенно страдала бы из-за необходимости исполнять супружеский долг. Что есть любовь и существует ли она вообще? Страсть гаснет так же быстро, как и загорается. А вот взаимное уважение остается навсегда.
Звучит, конечно, все это замечательно и даже ободряюще, однако истина заключается в том, что я не люблю Петера. Наверное, со временем мы станем хорошими друзьями. Точнее, даже так. Я бы предпочла сохранить с ним исключительно дружеские отношения. И совершенно не расстроюсь, если однажды мой так называемый супруг обретет счастье в объятиях другой.
Джестер не торопил меня с ответом. Его лицо вновь приобрело абсолютно бесстрастное выражение. Но на самом дне его зрачков я видела непонятное волнение, как будто мой ответ по какой-то причине был очень и очень важен для него.
— Нет, — честно сказала я. — Я не люблю Петера. Мне хорошо и спокойно рядом с ним, но не более того. Я не мечтаю о поцелуях с ним. Я не представляю его со мной в одной постели. Ты удовлетворен моим ответом?
— Более чем. — Джестер кивнул.
Его глаза потеплели, в уголках рта затеплилась едва заметная улыбка.
— Но, к сожалению, мои чувства все равно не имеют ни малейшего значения, — продолжила я. — Мы с Петером состоим в законном браке. А разводы в вашем мире, как я понимаю, не приняты.
— Разводы не приняты, — согласился со мной Джестер. — Однако я не считаю, что твое положение совсем уж безвыходное. По сути, твой брак очень легко можно признать недействительным.
— То есть? — переспросила я.
— Клятву верности барону Теолю принесла настоящая Тереза, — пояснил Джестер. — Не ты. Как я понимаю, постель с тобой Петер тоже еще не делил. Верно?
