– Я ворвался на восьмую палубу, но там никого не было. Шторм уже качал корабль вовсю. Я обошел всю палубу и вдруг заметил большое пятно свежей крови у правого фальшборта. Меня это зрелище просто потрясло, я не ожидал такое здесь увидеть…
– Ты не заметил, что окно в баре с этой же стороны было разбито…?
– Ах, да, и это тоже…Заметил, конечно…Но внутри бара было темно и я не подумал о связи с кровью на палубе.
Патрик остановился и словно впал в прострацию.
– Дальше что было? – голос Пипсена вернул его к действительности.
– Дальше было вот что: я сразу подумал, что эта скверная история может коснуться нас с Клэр, и меня, вполне возможно, обвинят в убийстве. Мотив, как говорится, налицо. К тому же, я мог наследить на палубе, пока топтался вокруг лужи крови. Оставаться там было опасно и я поспешил вниз по трапу…Когда я спустился на седьмую палубу, в конце коридора заметил какую то нелепую фигуру, удалявшуюся от меня…Это была не фигура человека, а что- то более крупное и лохматое. Оно передвигалось как- то необычно, я бы сказал, немного подпрыгивая и пригибаясь…
– Тебе не удалось рассмотреть подробнее, кто это был?
– Видите ли, я ношу линзы и на ночь их снимаю. Когда я внезапно проснулся той ночью и побежал наверх, я, естественно, их не надел и они остались в моей каюте. Поэтому более четко разглядеть убегающую фигуру я не смог, тем более, в коридоре помигивал свет из-за начавшейся качки. Когда я вернулся в каюту- меня уже била нервная дрожь. Впечатления этой ночи были слишком сильны. Я решил не рассказывать Клэр о том, что видел, и она была в неведении о случившемся, пока не поползли слухи, что француз убит и труп сброшен за борт.
– Скажи, Патрик, ты поднимался на восьмую палубу пешком или ехал на лифте?
– Вверх я поднимался на лифте, они здесь на ночь не отключаются, а назад уже бежал по лестницам.
–Ответь мне откровенно, если сможешь: что бы ты сделал с тем человеком, если бы застал его на палубе?
–Убил бы, как бешеную собаку, – ответил Диас, не задумываясь, кулаки его сжались, а лицо покраснело, – Но меня опередили, к сожалению…
– Вопросов больше не имею. Спасибо, вам, ребята, ваши показания пролили свет на это странное происшествие. Теперь все концы сходятся. Разумеется, мы помним, что все сказанное здесь не должно просочиться наружу.
Молодые люди согласно закивали. Клэр, наконец-то, пришла в себя и даже застенчиво улыбалась. Пипсен невольно залюбовался этой парой.
– А какие у вас планы на будущее, если не секрет? – спросил детектив.
Ответил Диас:
–После этого рейса мы планируем пожениться и начать совместную жизнь на берегу. Хватит с нас морских приключений. Правда, Клэр?
Девушка еще крепче прижалась к молодому человеку и они поцеловались.
Сыщик при виде этой сцены даже расчувствовался:
– Совет вам да любовь, дети мои, – и он неуклюже осенил их крестным знамением.
Глава 22.
Проводив влюбленную пару, детектив задумчиво прошелся по каюте и ненадолго задержался возле бара. Усевшись в свое теперь уже любимое кресло, он погрузился в размышления.
«Все правильно, все сходится. Первая версия о возмездии за прошлые грехи отпадает, остается бытовой мотив, возникший на этом лайнере. Казалось бы, все указывает на этого парня, молодого Диаса, и мотив у него железный, и кровь горячая. Но это не он, на 100%, и слава Богу.»
Пипсен опорожнил бокал, плеснул добавки. День клонился к концу, идти на ужин не хотелось. Умственную работу стимулировало иное горючее, и детектив опять задумался:
«Настойчиво возникает неуловимый образ этого человека-зверя, на который указывают три независимых источника. Поступки его разумны, хотя и беспощадны. Значит, это можно принять за истину. Возможно ли вообще такое-еще вопрос, я лично не сталкивался и не слышал ничего подобного. Но придется руководствоваться этой мистикой, раз уж все на нее указывает. Поскольку, по словам Ларсена, на судне кроме людей иных млекопитающих не водится, ими и займемся.»
Сыщик пододвинул к себе фирменный бланк круиза, взял карандаш и начал выводить на нем всякие завитушки.
«Собственно, можно рассматривать в качестве подозреваемых только четверых людей, бывших непосредственными свидетелями грубых выходок покойного. Могло ли это спровоцировать отложенное по времени убийство…? Маловероятно, но кто знает… Для такого решения требуется очень сильная негативная реакция, помноженная на волевое начало.
Итак, в круг таких людей входят: свежезамороженная Клара- соседка по столу, моя новая подружка Пола, паралитик-инвалид и его сиделка. Что мне известно про них? Пола- самый маловероятный кандидат, и не только потому, что она мне симпатична, но еще вследствие того, что она по своей инициативе открыла мне картину того вечера и дала реальную нить в расследовании А могла и не давать. И ее информация, кстати, полностью подтвердилась. Значит, она была откровенна- и я это сразу почувствовал, поэтому можно ее исключить из списка. Во всяком случае, пока.