Айка прикусила губу. Она пыталась поймать взгляд Шона — но видела только невидящие лица и его, и Хезер, и рыжеволосого. Мертвяк всё пытался вырваться, парень цепко удерживал его. Женщина по имени Леони хмуро наблюдала за ними, словно примеряясь, в кого тут можно ударить и в кого то ли выстрелить, то ли просто огреть этим конусом по затылку. Айка догадалась, что эта Леони — раптор: в основном по характерной модификации протеза — боевая модель.
Она решила держаться поближе к этим двоим, раз уж Шон в том жутком зареве.
— Ты обещал, — Рысь подошла к Энди и схватила его за шиворот залитой кровью тёмной рубашки.
— Лакос. Живой Лакос, — тот поудобнее устроил здоровую руку на прицепленном к локтю костыле. — Вот так город и выглядел до того, как… Одним словом, ты получила желаемое, хотя приписать себе эту заслугу я не могу.
Рысь потянулась — наверное за отвёрткой, но не нашла её, а та исчезла без следа, пройдя сквозь выглаженный до состояния мономолекулярного вещества асфальт. Она держала Энди за воротник, и это смотрелось со стороны комично: маленькая угловатая и жутко злая девица угрожает рослому широкоплечему тучному мужчине. Он только что держал Айку за шкирку, словно та была не тяжелее куклы.
— Ладно. Ладно, я согласна.
Рысь кивнула. Даже развернулась к Шону и двум другим, а потом повисла на Энди, пытаясь затащить его в центр «ужасного сияния».
— Это не то! Настоящий! Я хочу! Настоящий! Лакос!
Она пнула его в колено — и точно знала, куда бить. Энди потерял равновесие. Айка с каким-то отстранённым почти суеверным восторгом наблюдала, как мелкая девчонка тащит за собой мужика чуть не втрое тяжелее себя.
— Док, — рявкнула Леони. — Давайте. Это то, о чём он говорил.
Таннер кивнул.
— Сможешь подключить?
— Нет! — свирепо откликнулась Леони. — Я раптор. Я просто чёртов раптор, я отродясь не связывала дизрупторы с людьми.
Айка поняла всё. В конце концов, её не зря прозвали Техником.
— Ваши ловушки для аладов, да, доктор? Я сделаю.
Тот даже не успел кивнуть, только протянул похожий на рюкзак преобразователь — она такие видела в лаборатории, где искусственно культивировали зародышей с «зелёными искрами» внутри. Лазуритовый Уровень скрывал тайны своих хозяев, Таннер и Рац враждовали, но ей удалось пару раз заметить то, что не предназначалось для глаз простой лаборантки. Она подскочила к Энди, воткнула похожие на старую добрую отвёртку — раздвоенную отвёртку, — штыри в его искорёженную конечность с торчащими костями и ошмётками опухолей. Это было всё равно, что втыкать дротик для зайца в бизона. Тот как будто ничего не почувствовал.
— Ещё один провод, — крикнула Айка. У неё отчаянно болела рваная ладонь, снова открылась рана и капала, пропадая в небытии, кровь. — Дайте ещё один провод!
Леони кинула ей какой-то кусок обёрнутого тканью шнура. Айка погладила его почти с наслаждением — наконец-то она была Техником, наконец-то снова на своём месте, — и замкнула на позвоночнике Энди, надеясь, что попала туда, где достают электросигналы синапсов мозга. Периферическая и центральная нервная система не слишком отличаются от компьютера и сети; даже человек-с-фото, искорёженный и странный, должен подчиняться хотя бы чему-то похожему на законы природы и анатомии. Она оглянулась на Сорена: тот почему-то широко улыбался, а потом кивнул с одобрительным видом.
— Стреляйте, Леони, — сказал он.
Леони выстрелила в тот момент, когда Рысь шагнула в зелёное «пламя». Энди Мальмор глубоко вздохнул:
— Всё. Ты молодец. А теперь — убирайся, — и оттолкнул Айку.
Та повалилась на асфальт, почти уверенная, что провалится сквозь него.
Падая, Айка видела девушку с прозвищем-именем Рысь. Она пыталась кричать, а потом просто исчезла — без брызг крови, пепла или дыма, без спецэффектов; словно кто-то удалил её из реальности простым нажатием кнопки, словно она никогда не существовала. Шон едва обернулся на то место, где была его помощница-предательница. Хезер моргнула — Рысь заботилась о ней и вытащила из Интакта, в конце концов. Рыжеволосый дёрнул своего мертвеца поближе к себе.
Больше ничего.
«Прости», — подумала Айка о Рыси. То же она могла сказать своей отвёртке.
Яркий и живой Лакос вновь стал тусклой сепией, когда Энди Мальмор схватил за плечи Хезер, а Шон вывалился из разорванного триединства. Он растянулся рядом с Айкой, как будто кто-то вышвырнул и его мощным ударом. В центре остался только рыжий и его белёсый приятель; Хезер теперь вспыхивала в руках Мальмора.
Тот поднял голову к непрозрачному куполу.
— Дана, — позвал Энди. По искалеченной руке пробегали зелёные искры. Провода превращали его в уродливое порождение, один из лабораторных экспериментов, который почему-то не эвтанировали вовремя. Леони и Таннер переглядывались, Сорена Айка не видела — то ли сбежал, то ли спрятался. — Дана, у нас получилось. Вот твоя точка бифуркации. Дана, забери её.
Таннеру хотелось выйти из этой игры.
