— Не только «мне». Ты ведь приносил присягу раптора, правда? Служить миру людей, тому, что осталось, защищать от аладов. Мой брат и другие, кто ему помогал, придумали неплохо — примерно, как в своё время были изобретены антивирусы. Вот только эта технология работала всё хуже. Поэтому мне пришлось создать новые «кванты». Вас.
Она вошла в их свет. Зелёное вспыхнуло ярче, заставляя Дрейка погаснуть даже не до призрака — до какой-то паутины, спрятанной в самом тёмном углу заброшенного пару столетий назад дома. Нейту вспомнились те картинки с приключениями героев, похожих на рапторов, только намного сильнее и могущественнее. Рапторы смертны, даже слишком. Рапторы умеют стрелять, драться с аладами с помощью ножей-дизрупторов, выслеживать тварей по самым слабым сигналам, даже сражаться с чудищами, вроде той штуки у обрыва трёшек.
Но рапторы смертны.
Он удержал Дрейка.
— Нас, — туповато повторил Нейт.
— Шон — результат не моего эксперимента, если хочешь уточнить, хотя у него есть состояние неопределённости… неважно, — Дана тряхнула головой. У неё были тёмно-каштановые волосы, когда-то уложенные аккуратно и, на взгляд Нейта, старомодно. Хезер ткнула Нейта в живот:
— Ты неправильно светишься.
— Сама такая, — привычно огрызнулся он, решив, что девчонка бесит. — И вообще, не лезь, когда взрослые разговаривают.
Она показала ему язык.
— Ты спросишь, что тебе делать? Скажем так, зафиксировать эту точку стабильности. Когда-то очень давно мы разрушили течение времени, заставили многочисленные вариации вселенных и измерений наложиться друг на друга. Так появились алады. Мы втроём образуем единую сеть с квантовой запутанностью, поэтому сможем обмениваться информацией и… — Дана очень по-обыденному пожала плечами; Нейт подумал, что больше не назовёт ее Инанной даже мысленно. Она напоминала скорее Кэти Курицу, чем богиню. Сравнение едва не заставило его захохотать.
— Зачем надо было нас всех сюда тащить? Всё вот это устраивать?
— Потому что это я — причина Падения Лакоса. Я уничтожила город, чтобы создать этот парадокс. Идея так себе, учитывая… — Дана вздохнула. — Учитывая, что именно мы с Энди первый раз нарушили нормальное течение времени. Мы сейчас в эпицентре, здесь нет ни времени, ни пространства, ни даже…
Она посмотрела сквозь Нейта — на Дрейка.
— …смерти.
Нейт скрежетнул зубами.
— Ладно. Ладно. К чёрту тебя. Что делать-то надо?
Дана грустно улыбнулась. Нейту показалось, что она готова заплакать:
— Ты разве не понял? Прости. Я не люблю это слово.
Она помолчала, прежде чем сказать:
— В некотором смысле… Перестать существовать. Умереть, Нейт.
Хезер закричала. Возможно, она среагировала не сразу, прошло несколько минут и часов, просто в центре «сияния» дышать не нужно, сердце не бьётся. Орала она так громко, что Нейт едва не заткнул себе уши, но это означало бы отпустить Дрейка.
— Только мне?
— Вам обоим. Мне жаль, — она снова говорила с такой печалью, словно и впрямь была богиней, оплакивающей мир и собственных детей, вынужденная делать выбор между первым и вторым. — Войти в состояние запутанности. Перестать быть людьми. Это не то, что обычно называют смертью, Нейт. Ты уже знаешь, каково это — пусть и не на себе.
Она вновь посмотрела на Дрейка, а потом едва заметно коснулась или просто протянула руку — тонкие пальцы, прозрачный перламутровый маникюр, несколько царапин на запястьях, какие-то очень старые и много лет назад зажившие шрамы. Дрейк потянулся к ней в ответ, а затем повис полуразложившимся трупом — выгнило лицо, голова держалась на кости, череп перевешивал. Сухой рот скелета распахнулся, оголив уже жёлтые зубы. Нейт потянул его на себя, понимая: он сейчас разлетится на куски, но вытащил другого Дрейка — тоже мёртвого, истекающего кровью, с вывалившимся из черепа фрагментом рваной мозговой оболочки и самого мозга.
— Я заберу Хезер и отдам её хорошим людям, — сказала Дана. — Вы с Дрейком останетесь здесь.
— Навсегда? — глупо спросил Нейт.
Дана вздохнула.
— Время — всего лишь измерение. Их одиннадцать. Ты сможешь развернуться во всех.
Она снова вздохнула.
— Это будет гарантией стабильности мира, пока мы не придумаем что-то ещё. Но если это состояние стабильности появится, мы сможем сдерживать разрывы — «аладов», — более эффективно. Возможно, выйти за пределы куполов. Возможно, заглянуть в тёмную зону.
— Тальталь.
Дана кивнула.
— Мы… будем вот так? В этом чёртовом болоте?
— Полагаю, ты сможешь изменять микрореальность по собственному выбору. В конце концов, ты уже это делал.
Она говорила о «тихом месте», понимал Нейт.
— Я буду тут сидеть сто миллионов лет, словно какой-то сторожевой варан на привязи.
Дана потрепала его по рыжим волосам. Жест был материнский и немного насмешливый:
— Возможно, со временем научишься проявляться в каких-то отрезках того, что остальные считают реальностью. У меня же получилось.
Нейт глубоко вздохнул.
— Чёрта с два я чего-нибудь для тебя сделаю, если ты не вернёшь мне Дрейка.
Дана посмотрела на него с лёгким удивлением:
