Значима и та подробность, что двадцать четыре человека, представляющие собой общество, держат веревку, но не удерживаются ею. Это, похоже, означает, что правила предоставляются обществом, а не предоставляются обществу. Примечательно, что на другой половине композиции двойная веревка завязана узлом на запястье правителя – Левиафан обуздан веревкой, исходящей от Правосудия.

И в самом деле, существовали различные типы «веревок», призванные держать членов Совета девяти под контролем. Кроме того, что срок его членов был ограничен двумя месяцами, особое должностное лицо под названием «маджор синдако», которое, как и подеста, избиралось из числа чужеземцев, обладало правом оспорить любое предложенное конституционное изменение. Для того чтобы принять решение, которое отверг «маджор синдако», в его пользу должны были проголосовать две трети советников из кворума по меньшей мере в 200 человек.

От произвола членов Совета девяти и других политически влиятельных лиц коммуну защищали не только законы и институты, но и нормы общества. Например, словно взяв пример с афинян, принявших «Закон о гордыне», граждане коммун могли наградить любого не в меру заносчивого политика довольно оскорбительным прозвищем. Взять для примера миланца Джирардо Кагаписто, становившегося консулом в Милане четырнадцать раз с 1141 по 1180 год. Его прозвище начинается со слова caga или caca, что означает «дерьмо». «Кагаписто» означает «песто (соус) из дерьма». Слово «дерьмо» встречается и в прозвищах других итальянских политиков. Фамилия братьев Грегорио и Гильермо Какаинарко буквально означает «дерьмо в сундуке» Так же и имя Ардерико Кагаиноса, занимавшего должность консула с 1140 по 1144 год, означает «дерьмо в штанах». Среди других имен известных политических деятелей встречаем «Какакинбазилика» – «дерьмо в церкви»; «Какарана» – «дерьмолягушка»; «Кагаленти» – «испражняйся медленно» и даже «Кагатосичи», что означает «токсинное/ядовитое дерьмо». Смысл понятен: если становишься слишком влиятельным или ведешь себя неподобающим образом, то рискуешь получить фамилию, начинающуюся с «Кака».

Достойны внимания и другие детали фрески. У ног правителя, чуть справа, находятся два коленопреклоненных рыцаря. Они олицетворяют власть коммуны над аристократами, тоже связанных Правосудием. Группа солдат с копьями за ними может олицетворять особые войска, которые Совет девяти рекрутировал в 1302 году для охраны порядка в сельских районах Сиены.

Все это выглядит вполне как свобода от страха (из-за Миролюбия), насилия (из-за Правосудия) и доминирования (потому что государство и элита связаны законами и мандатами общества). В нижней части стены идет надпись, также говорящая о многом:

Когда правит эта святая добродетель [Правосудие]?Она призывает к единству многие души;И они, собираясь для такой цели,Исполняют общее благо (ben comun) для своего хозяина;Который, желая править этим государством, предпочитаетНикогда не отвращать свой взорОт великолепия лицДобродетелей, которые его окружают.Ради этого с торжеством ему вручаютНалоги, дань и владение землями;Ради этого, без войн,Следует за ними каждое гражданское дело,Полезное, необходимое и доставляющее удовольствие.

В этих словах заложено много смысла. Общее благо отождествляется с коммуной. Политическая форма коммуны служит общему благу, потому что правитель связан Правосудием, и именно граждане соединяют Правосудие с правителем. Таким образом фреска признает, что именно правление общества в коммуне заставляет коммуну служить общему благу.

<p>Плоды доброго правления</p>
Перейти на страницу:

Все книги серии Цивилизация и цивилизации

Похожие книги