Центральное место в этой сложной композиции занимает сидящая фигура человека справа, похожего на правителя или короля. Его окружают художественные олицетворения различных добродетелей: Стойкости, Благоразумия и Миролюбия слева и Умеренности, Справедливости и Великодушия справа. Так что же, перед нами какой-то справедливый и великодушный правитель? Предположение о том, что «Аллегория доброго правления» изображает именно такого правителя, кажется странным, поскольку в 1338 году в Сиене не было единого правителя, а Совет девяти уж точно не одобрил бы его появления. Загадку помогают решить черно-белые одеяния предполагаемого правителя – это цвета самой Сиены. У его подножия лежит другой символ Сиены, волчица с близнецами. Этот символ позаимствован у Рима, который, по преданию, основали вскормленные волчицей близнецы Ромул и Рем. Над головой правителя видны буквы C. S. C. V., с которых начинаются слова латинской фразы «Commune Senarum Civitas Virginis», переводимой как «Сиенская коммуна, город Девы». Сиена выбрала своим покровителем Деву Марию непосредственно перед битвой при Монтаперти в 1260 году, когда сиенцы разгромили флорентийцев. Таким образом, фигура правителя фактически олицетворяет Сиенскую коммуну.
На этой фреске мы видим нечто, довольно отличающееся от «воли к власти» и ее последствий. Правители находятся на заднем плане, а коммуна, как воплощение общества, выходит на передний план. Сиенцы также придавали некое особое значение такому типу организации, на что указывает и словосочетание «доброе правление». Отличительной чертой Сиены и других коммун, появившихся примерно в то же время по всей Италии, был гораздо более высокий уровень свободы. Он поддерживал иной тип экономики с многочисленными стимулами и возможностями, вымостившими дорогу к процветанию.
Понятие «коммуны» в Италии, по всей видимости, оформлялось постепенно, в конце IX и в X столетиях, когда граждане по всей Северной Италии начали бросать вызов правящим епископам, церковным авторитетам и феодальным правителям (см. карту 7 на стр. 189). Вместо них стали появляться различные системы республиканского самоуправления. У нас нет полной картины об этом раннем периоде, и до нас дошли лишь фрагментарные сведения. Так, например, имеется письменное свидетельство того, что в 891 году в Модене был какой-то «общественный заговор» против епископа. Также известно, что в то же десятилетие было нечто подобное в Турине, и в 924 году – в Кремоне. В 997 году в Тревизо епископ правил лишь «при согласии всех влиятельных лиц, судей и всего народа Тревизо». В 1038 году епископ Брешии уступил требованиям 154 поименованных человек и «других свободных людей, проживающих в Брешии». То, что в таких записях речь чаще идет о представителях церковной власти, скорее всего, отражает тот факт, что церковь лучше вела подобные записи. Такой же вызов почти несомненно бросали и светским властям.
Карта 7. Итальянские коммуны и шампанские ярмарки
Характерной чертой этой новой формы правления были общественные выборы консулов, управляющих городом на протяжении определенного срока. В Пизе в 1085 году на народном собрании избрали 12 таких консулов. Что касается Сиены, то известно, что они достоверно там были чуть позже, в 1125 году. В этот период коммуны возникли по всей Северной и Центральной Италии: в Милане в 1097 году, в Генуе в 1099-м, в Павии в 1112-м, в Бергамо в 1117-м и в Болонье в 1123-м. Хотя все они формально входили в состав Священной Римской империи, фактически автономия этих коммун была признана по соглашению 1183 года, подписанному императором Фридрихом Барбароссой и получившему название «Констанцский мир». Этот договор даже предоставлял коммунам право возводить фортификации – возможно, это стало просто признанием неизбежного. Сам Барбаросса был не слишком доволен таким соглашением, но понимал, к чему может привести стремление городов к свободе. Епископ Отто Фрейзингский, дядя императора, описал историю трудных взаимоотношений Барбароссы с коммунами в своем труде «Деяния императора Фридриха I», утверждая, что
